— Слушайте, гномы, Почтенные Каменотёсы. Время… ещё не пришло. Ещё не всё подготовлено. Сейчас арды как никогда активны и даже если такие бравые воины как вы пойдёте на них атакой, всё кончится очень плохо.
— Но ты звал нас, — не унимался старейшина.
— Почему он говорит, что ты звал его? — спросил Нод.
— Понятия не имею, — бросил Ксандер, а сам давай опять увещевать гномов. — Нам ещё нужно собраться с гномами… Тьфу! С силами. И тогда нашу славную победу будут воспевать даже эльфы.
— Нежные свиристелы!
— Да! Так вот, в силу сложившихся обстоятельств, нам нужно подождать. И к тому же… посмотрите на наши ноги. Как в такой обуви можно идти на битву?
Гномы послушно опустили головы.
Ксандер послушно ждал приговора? И хоть бы кто додумался помочь, стоят, наслаждаются зрелищем.
— Жуть же? — вдруг услышал он.
Это сказал Арианна и он послал ей благодарный взгляд. Та насмешливо подмигнула.
— Жуть, — эхом отозвались гномы.
— Нам нужна новая обувь, — сказал Ксандер и сразу уловил мельтешение в гномьих рядах. — Только не абы какая! А самая настоящая боевая, и красивая, конечно же. Нельзя же на битву идти в абы чём.
Гномы молчали и активно собирались. Волнами они отступали обратно в темноту и тухли горящие глаза.
— Башмаки, — слышалось затухающее тут и там.
— Башмаки.
— Самые лучшие…
— … время придёт…
— Я дам сигнал, — на прощанье крикнул им Ксандер когда стихло последнее шевеление в траве и кругом стало непривычно пустынно.
— Дашь сигнал? — переспросил Нод.
— Ага, — заверил его первый. — Пусть теперь подождут век другой. А я…
— Ваше величество, — подначил Нод явно довольный собой.
— Очень смешно. А я пока разберусь, чьих это рук дело. И кто на меня натравил гномов?
Они с Соулом переглянулись.
— Теперь нас пол района видело.
— Ничего подобного, — возразила Ксандеру Арианна выпрямляясь. — Я наложила отражающее заклятие и никто ничего не видел и не слышал. Разве что пустую улицу да дуб.
— Спасибо, Арианна.
— Да пустяки.
— И всё же.
— Да ничего.
— Не хотелось бы прерывать столь благостные излияния, но, — с этими словами кот оторвал нижнюю свою часть от земли и подтянулся к Арианне, — всё-таки очень странно, что они называли твою тощую персону ейным величеством.
— И впрямь, — отозвался Ксандер смотря на кота так, будто по его глазам пытался прочитать что-то эдакое.
— Очень странно, — вытянул напоследок кошак, потянулся как бы мимоходом задевая мягкой шерстью ногу Арианны, и прошествовал обратно в штаб.
Ксандер следил за ним до самого исчезновения. А потом обернулся к остальным и встретил их ожидающий взгляд.
— Что это всё было? — Вопросил Маар.
— Да, мне тоже интересно, — поддержал его Рисмус.
А Ламиил молча продолжал смотреть на Ксандера. Молчал и Асмер. Только лишившийся гномов Мист быстренько вернулся к остальным и затянул.
— Это были гномы. Существа первого порядка в соответствии в с первой конфессией…
— Это мы и сами знаем, — заверил вампирёныша Рисмус. — Другое дело, что они забыли именно здесь?
— Мне и самому хотелось бы знать, — ответил Ксандер и прищурился. — Пойдёмте внутрь. — С этими словами он пошёл к штабу и остальные последовали за ним.
Только Арианна задержалась на пороге и клацнула пальцами. Тут же магические щит рассыпался мутными осколками.
Глава 9. Смертельные пляски
Что милей всего на свете?
Дворы светились множеством ярких огней. Окна сияли через темноту и тут и там из земли торчали белые факелы с заколдованным огнем. Когда к нему приближался очередной гость, огонь превращался в руку и клонился к подошедшему. А потом приветственно приглашал пройти внутрь.
Фонтаны забавляли гостей тем, что вода принимала их вид и кружилась в танце не проронив ни одной капли. В клетках томились красные птицы с глазами на перьях. А разодетые в ливреи лакеи разносили в изогнутых бокалах свежую кровь. Между ровно подстриженных клумб проплывали дамы в пышных платьях и белых париках. Кавалеры щеголяли панталонами и разномастными сюртуками. Другие так и не сняли плащей и теперь скользили ими тут и там. На всех были маски нескромных видов и размеров: с длинными носами, на всё лицо, короткими, что только верхнюю часть лица и скрывали, с масками, облагороженными скрученными рогами и другими, что извивались живыми перьями.
Тут и там вспыхивали столбы огня. Напудренные мальчики с балконов рассыпали блёстки на девочек, что танцевали как куклы.