Потом взглянула на Леди Реладу и та кивнула. Приободрённая, тут же посмотрела в подзорную трубу и нечаянно крутануло одно кольцо. Мир взорвался осколками.
— Что это? — Я никак не могла оторваться от трубы и крутила, и вертела кольца на ней всё быстрее.
— Это калейдоскоп.
Был слышен только голос Леди Релады. Постепенно он становился из довольного ровнее.
— Нравится подарок?
Из груди вырвался вздох.
— Очень.
— Хорошо, — голос прозвучал уже холодно.
Я не сразу вспомнила, что нужно поблагодарить и когда обернулась, в комнате уже никого не было. Леди Релада исчезла так же как и появилась. Не долго ещё я смотрела на пустой проход и вернулась к калейдоскопу. И снова погрузилась в синие, красные и жёлтые краски, и мозаики.
Это было так прекрасно и так ярко, что в день ворвался танец и так и закружил по всему замку, пока не столкнул с одной из пяти фрейлин Леди Релады. Я тоже была её фрейлиной. Мы, фрейлины, между собой не разговаривали. И у каждой была своя задача: моя — рисовать и вышивать картины. Ритма убиралась, Зима — приводила в порядок гардероб Леди Релады и помогала ей одеваться. Ная — исчезала и появлялась с корзинами фруктов и овощей. И шоколада, его в Замке было много. Особенно много в кладовой. Там стояли банки с шоколадными улитками, шоколадные конфеты, присыпанные белым шоколадом и миндалём, пирожные из чёрного шоколада.
Меня Леди Релада любила угощать и всегда выбирала конфеты в красный мешочек с золотой завязкой. И оставляла его в игровой на столе.
Была ещё фрейлина Мушма, но что она делала было непонятно. Мушма же решила не отвечать на вопросы, а настаивать грубо. И невежливо, а Леди Релада учила меня вежливости.
Впереди как раз стояла Мушма. Строгая, с седыми волосами.
— Прости меня пожалуйста, проходи, я очень увлеклась калейдоскопом. Он показывает новые миры.
Мушма только посмотрела строго и молча прошла мимо.
«Мир один и самый лучший, — говорила Леди Релада, — его создал Хозяин. Поэтому смотри во все глаза на каждое его творение и радуйся. Это самое лучшее, что может существовать. Зеркала? Да, за зеркалами великое Ничто. Это когда темно и черно, не воет ветер, не жарит солнце, только чёрная пустота и тишина. Зеркала — это то, что творит тепло и свет. В них зарождается солнце и светил в мир. Куда я ухожу? Никогда не смей спрашивать меня и других где они, если ты их не видишь! Поняла? Хорошо. В нашем мире не существует большего, чем ты видишь. Поэтому смотри хорошо, чтобы ничего не пропустить. А почему в зеркалах не отражаешься ты? Это не имеет значения. Главное, забудь эти настырные глупости про „что-то“. Разве ты это видишь? Вот, возьми конфету. Вкусно? А теперь иди, у меня есть дела».
Но однажды Ная проговорилось, что солнце большое и круглое. «Как, — воскликнула она, — ты, глупышка не знаешь, что солнце большое и круглое? Надо же! Ха-ха. Вот дела». Но с тех пор она всегда молчала и говорила знаками. Я научилась понимать её руки, но Ная на меня внимания больше не обращала. Это было очень давно.
Калейдоскоп теперь всё время лежал в моём кармане и оживал очень часто. Когда Леди Релада приходила, то наблюдала со стороны за нами с калейдоскопом долго и внимательно, а потом уходила. Она появлялась не часто. И не всегда находила время прийти. Потому что была очень занятой и её нельзя беспокоить.
Я в очередной раз играла с калейдоскопом, когда почуяла это. Оно тянулось как тонкий запах и от него веяло холодом. Вначале попыталась забыть об ощущении и провертела кольцо вправо. «Запах» становился тревожнее и тогда я ещё раз провернула кольца калейдоскопа влево. Кругом выстроились синие треугольники с красным.
Калейдоскоп в сторону. Откуда исходило странное ощущение? Оно было такое же, как сквозняк в закрытой комнате или вкус морковки, когда ешь яблоко. Сколько уже раз мне чудилось чего не существует. Оно подымалось и опадало, и тогда исчезало как будто растворялась. Каждый раз Леди Релада ругала за глупости и велела заняться делом. Можно было мастерить человечков из карандашей и лоскутов или ходить по Замку, но не чуять «не то».
В тот же день когда я остановилась, а потом потянулась за ощущением, то добрела до кабинета Леди Релады. Не нужно было идти следом за этим, но оно звало и тянуло. Оно было здесь, кажется… или нет… смутное тягучее. Вот отозвались стены, я прижалась к двери ухом. Оно ушло от кабинета и мелькнуло мимо. Я только успела вдохнуть, и тут же дверь кабинета раскрылась, и Леди Релада строгая и недовольная окликнула меня.