Постепенно мы добрались и до Обители, где нас, наконец, затормозили.
— Куда идём? — мгновенно среагировал на нас охранник в воротах.
— Абитуриенты, — доложил я.
— Поворачивайте налево, — небрежно махнул рукой он, — и идите вдоль стены. Первая дверь ваша.
Дверь оказалась совсем рядом, в полусотне шагов, и бронзовая табличка на стене сообщала, что приёмная комиссия находится именно здесь.
— Опять охотники, — увидев нас, с отвращением заявил белобрысый парень за ближайшим столом.
— Ну я тоже из охотников, — лениво отозвался рыжий за столом по соседству. — Что-то имеешь против нас?
— Ничего не имею против, — мгновенно сдал назад тот.
— А то смотри, говори, если что, — с ясно выраженной ноткой презрения сказал рыжий и обратился уже к нам: — Поступать?
— Поступать, — подтвердил я.
— Имена говори.
— Тим Браст и Рина Стаб, — ответил я, в последний момент решив имена немного изменить. Арна безмолвно закатила глаза, но промолчала.
— Порядок знаете? — осведомился он, записывая наши имена в толстый журнал.
— Расскажи, пожалуйста, — попросил я.
— Проверяем благосклонность Матери, затем оплачиваете год обучения, потом с квитанцией идёте в канцелярию. Там определят в группу и всё расскажут.
— Сколько платить? — сразу спросил я.
— От благосклонности Матери зависит, — веско ответил рыжий. — Чем способности выше, тем плата меньше.
— За жёлтый символ сколько?
— За жёлтый? — он поднял глаза от своих записей и удивлённо уставился на меня. — У тебя, что ли?
— У Рины, — я кивнул на Арну.
Рыжий покрутил головой. Судя по его реакции, у Арны способности в самом деле неординарные.
— С жёлтым символом год будет дюжину гривен стоить, — ответил он, справившись с какой-то бумажкой.
Мы с Арной переглянулись, и дружно с облегчением выдохнули. У нас на двоих оставалась ещё почти сотня гривен, так что рисковать с продажей кристаллита, возможно, и не придётся.
— Жильё предоставляете? — перешёл я ко второму вопросу.
— Вы что, решили, будто к мамочке приехали? — изумился рыжий, а белобрысый хохотнул. — В канцелярии могут посоветовать, у кого комнату снять. А могут и не посоветовать. На улице ночевать не вздумайте, стража мигом на принудительные определит.
— Не будем на улице, — покладисто согласился я.
— Так, подходите по одному, правую руку на плиту, — скомандовал он.
Я кивнул Арне, и она без колебаний положила руку на маленькую полированную каменную пластину, как раз с ладонь размером.
— Надо же, и впрямь жёлтый! — поразился рыжий. — Поздравляю, почтенная, рады видеть вас в Обители.
Тон у него стал даже слегка подобострастным, похоже, жёлтый — это не просто хороший уровень, а серьёзная заявка на высокое положение.
— Теперь ты, как тебя, Тим, — и я положил руку на пластину, полный дурных предчувствий.
— Так ты же вообще не одарённый, — с удивлением констатировал рыжий. — И зачем ты сюда пришёл?
— Магией владею, — хмуро отозвался я.
— Не проверялся в храме, что ли? — он почесал затылок. — Ну выкладывай тогда гривну и двигай вон в ту дверь, на сфере проверишься.
Проверка не заняла много времени и выдала точно такой же результат, как и в храме. Единственное отличие состояло в том, что сущность в сфере узнала меня сразу и полностью проигнорировала.
— Ты неодарённый, Тим, извини, — развёл руками рыжий.
— Но магией-то владею, — возразил я. — Как я могу быть неодарённым?
— Точно владеешь?
— Точно владею. Да вот Рина может подтвердить.
— Подтверждаю, — кивнула Арна. — Он, правда, мало что умеет, но кое-что у него очень сильно получается. Способности у него точно есть, может даже, не меньше моих.
— Не знаю, что тут можно сделать, — озадаченно сказал рыжий, опять поскребя затылок. — Никогда про такое не слышал. Не могу я тебя пропустить, Тим, у меня права такого нет, понимаешь? Я обязан символ проверить, а если символа нет, то что я в журнал запишу? Такие решения не по моему уровню.
— А кто может решить? — безнадёжно спросил я.
— Разве что ректор, — предположил тот. — Кто-то ниже вряд ли на себя ответственность возьмёт. Но я тебе не советую к ректору идти.
— Почему не советуешь? — не понял я.
— Как бы тебе это сказать… — замялся он. — Тут такое дело… Великий Дельгадо — человек очень занятой и ненавидит, когда его отрывают с чем-то малозначительным. Были случаи, если ты понимаешь, о чём я. В общем, к нему на приём просто так мало кто решается пойти. И если всё-таки идёт, то сначала пишет завещание. Да что тебе рассказывать, все же знают, какой характер у великих, и как они к простым людям относятся.