- Чудовище! Убирайся отсюда!
Моя мать не была святой, как и отец. Она много пила и курила. Я же в их жизни появилась вовсе случайно, то есть меня никто не планировал. На протяжении всей беременности женщина хотела избавиться от меня, но врачи каждый раз отговаривали, потому что тогда был риск умереть обеим.
Когда же я родилась, мама планировала бросить меня, но врачи снова уговорили оставить. По мне, лучше бы они этого не делали. Жизнь с родителями не была для меня сказкой. Нежеланный ребёнок никогда не будет любим. Поэтому мама всегда защищала этого мужчину, а не свою родную дочь.
Однако ненависть испытывали ко мне не только родители, но и дети. С самого детства я принадлежала самой себе и часто убегала из дома, чтоб не быть избитой до потери сознания. Гуляя во дворе, дети не осмеливались подходить ко мне, словно чувствовали опасность, которая от меня исходила. Даже взрослые сторонились меня, хотя я никому ничего не делала.
Когда же милиция обнаруживала меня, гуляющей вечером по городу, и начинала выяснять, где родители, вот тогда моя мать и объявлялась. Будучи ещё маленьким ребёнком, я поняла, почему она дала мне жизнь. Весь смысл был в деньгах, которые мама получала от государства за меня и благополучно пропивала их с отцом.
Зачем такая жизнь, если я никому не нужна? За что эти муки и страдания? Я искренне не понимала смысла своего существования. Голодая и блуждая целыми днями по улицам, мне было безумно страшно. Но какая-то сила, которой боялись и дети, и взрослые, усиленно оберегала меня от всяких ужасных вещей и не давала умереть.
Воспоминания перенесли меня на два года вперёд, где я уже четырёхлетняя. Я снова оказалась дома, в своей комнате. Родители громко кричали и смеялись, но помимо них был кто-то ещё. Через какое-то время я услышала непонятные звуки. Выбежав из комнаты, направилась на кухню, где обнаружила отца и мать на полу. У обоих изо рта текла пена. Они приняли какой-то наркотик, и получился передоз. Я испугалась, а после заметила мужчину, который спокойно сидел за столом и допивал содержимое из стакана. Он посмотрел на меня и улыбнулся, подмигнув, а через минуту растворился в воздухе.
Спустя какое-то время милиция взломала дверь и попала в квартиру, где обнаружила моих родителей, лежачих на полу в кухне, и меня, сидящей у входа на кухню, и дрожащей от страха. Брать показания у маленького ребёнка, который плохо умел говорить и вовсе не умел читать и писать, особо не было смысла. Да и к тому же, кто поверит в то, что моих родителей накачал какой-то гадостью странный дядька, а после исчез непонятным образом.
До того дня я ещё хоть как-то пыталась учиться говорить. Однако после замолчала, потому что испытала шок от увиденного. Какое-то время врачи пытались разговорить меня, но тщетно. После я была определена в детский дом.
Жизнь странная штука, не правда ли? Моя мать так старалась избавиться от меня, и вот, наконец, освободилась от тяжкого груза. Последние часы своей жизни она провела рядом с любимым мужчиной, и ей было вовсе не важно, любил он её или нет. Ну, а я осталась совсем одна….
Однако мои испытания на этом не закончились, а только начинались. Пребывая в детском доме, я с первых дней ощутила, что дети не желают меня здесь видеть. Они обижали, били, издевались, как только могли, а я всё молча терпела. В детдоме было достаточно воспитателей, но ни одна из них не уделяла мне нужного внимания. Работницы обращали на меня свой взор только тогда, когда ругали за проделки, которых я вовсе не делала даже.
В таких условиях я смогла продержаться только год. Как только мне исполнилось пять лет, я сбежала из детдома. Оказавшись снова на улице, почувствовала страх, но у меня не было другого выхода кроме как скитаться по городу. К сожалению, я смогла продержаться лишь несколько дней. Гуляя по парку, внезапно почувствовала слабость, в глазах потемнело, и я упала на землю. Это был не только голодный обморок, но и высокая температура от простуды, которую я успела подхватить, находясь под открытым небом днями и ночами.