В какой-то момент Регулус остановился и покачал головой, не веря тому, что всё это происходит с ним, происходит в реальности. Будь Сириус сторонником Тёмного Лорда, тот бы наверняка возвышенно утвердил, что сделает для него всё возможное и невозможное. Он и сделал бы, безусловно, сделал бы. Тёмный Лорд сделал бы это так, чтобы «сторонник» был до конца жизни верен ему одному, иначе умрёт. Большая часть тёмной магии построена на этом — на зависимости, подчинении, лишении чужой воли.
Тёмная магия… В какой-то момент Регулус остановился и ощутил, как сердце забилось ещё быстрее. А собственно, почему бы и нет? Тёмный Лорд творил вещи и похуже, если подумать. Неужели желание спасти брата — это что-то преступное и запретное? Не одному Тёмному Лорду хочется что-то сделать ради своего блага, другим тоже не помешает, особенно в тяжёлый момент.
Регулус кивнул собственным мыслям и крутнулся на месте. Трансгрессировал на крыльцо и зашёл в дом.
— Быстро ты вернулся, сын, — заметила из столовой его мать, попивавшая чай.
— Дела оказались незначительными, матушка, не стоило и тратить на них время, — на ходу бросил ей Регулус с напускным безразличием и поднялся по лестнице.
О библиотеке Блэков слагались легенды… Одни говорили, что книг в ней, накопленных за многие века, не счесть сколько и некоторые экземпляры крайне редкие, другие твердили, что библиотека Блэков — это вымысел. И те, и другие были в какой-то степени правы. Библиотека существовала, вот только доступна была не всем, даже Сириус не был её достоин, потому вошёл в число тех, кто твердил, что библиотеки у Блэков не было отродясь. Но Регулус получил к ней доступ в семнадцать лет — в день, когда стал совершеннолетним волшебником. В тот день его предок, запечатлённый на портрете, обратился к нему и протянул руку.
— Только достойному Блэку открывается путь к познанию, — сказал на своём портрете Ликорус Блэк, — и я рад, юноша, что наконец-то встретил такого. Однажды ты или твои потомки сменят меня на этом посту.
Регулус взял его за руку и Ликорус потянул его за собой. Они прошли словно сквозь дымку и очутились в ней… в просторной библиотеке, где некоторые фолианты дрожали или сверкали, стоя на полках. Возможно, этим открытием Регулус мог бы поделиться с братом, но в тот год они не разговаривали и не виделись, да и вряд ли бы Сириус захотел появиться дома, чтобы проверить утверждения брата, а ещё и узнать, что ему бы библиотека не открылась. Старшему брату всегда было легче верить, будто Блэки только напускают на себя важный вид, нежели владеют чем-то ценным, помимо денег.
— Мне нужно в библиотеку, — только лишь и сказал сегодня портрету предка Регулус.
— Конечно же, юноша, — с поклоном отозвался Ликорус, и портрет снова стал проходом, в который осталось лишь протянуть руку, оторваться от пола и пройти сквозь опустевшую раму, словно сквозь барьер между маггловской и магической станцией.
* * *
До самой ночи Регулус ходил по библиотеке, откладывал книги, захлопывал их, резко ставил на полки и не обращал внимание на вздохи или качания головой Ликоруса, второй портрет которого находился прямо за проходом. Предок смотрел за его действиями и, видимо, был недоволен тем, как потомок обращается с наследием.
— Ты ищешь что-то конкретное, юноша? — наконец спросил он.
— Только то, что поможет мне спасти брата! — раздражённо ответил Регулус, захлопнув очередную книгу.
Возможно, Сириус уже на грани, а возможно, он уже… О плохом не хотелось думать, но именно это всё настойчивей преследовало его, чем дальше двигались стрелки наручных часов. Сколько времени у него осталось? И осталось ли?
— И что же стало с твоим братом? — спросил Ликорус.
Регулус хотел ответить, что много чего, но застыл с открытом ртом. А собственно, что может помочь от смертельных ударов? В пылу сражения Сириус ощутил на себе несколько мощных заклятий. Магия прошла сквозь его тело, опустошила и оставила после себя лишь жалкую оболочку, а под ней те крохи тепла, которых пока хватало сердцу. Разве тут можно что-то исправить и найти? Разве есть лекарство, способное восстановить после такого и продлить жизнь?