«Нет», — хотел сказать сам себе Регулус, но засмотрелся на книгу, стоявшую на дальней полке. Кажется, на ней было что-то написано о волшебных животных, но его взгляд привлекло не название. На тёмной обложке светились очертания единорога.
«Нет, я не могу, я… Нет!» — возразил нахлынувшим на него мыслям Регулус и стал качать головой. Он знал лекарство, способное сделать невозможное возможным, а ещё знал его цену. Кровь единорога, как было известно многим волшебникам ещё с детства, способна вернуть к жизни даже того, кто находится на волосок от смерти. Вот только если испить эту кровь, то человек подвергнется страшному проклятию на всю оставшуюся жизнь.
«Нет, я могу… я не стану… Сириус меня никогда не простит!» — снова возразил сам себе Регулус, но оказался на грани поражения. Сириус умирал. И всё благодаря тому, кого его собственный брат превозносил. Всё благодаря Тёмному Лорду.
Регулус сглотнул и наконец-то сдался.
— Кикимер, — позвал он, оторвав взгляд от книги на дальней полке.
— Да, хозяин Регулус? — отозвался домовик, появившись прямо в библиотеке. — Вы чего-то желаете, хозяин Регулус?
— Скажи, ты набрался сил? Сможешь доставить меня в Запретный лес или мне лучше отправиться в Хогсмид и двинуться своим ходом?
Кикимер, конечно же, был очень тронут тем, что его здоровье так беспокоит хозяйского сына, и заверил, что доставит Регулуса куда угодно. Осталось лишь сделать так, чтобы об их вылазке не прознала хозяйка и не стала беспокоиться.
— Хорошо, тогда иди ко мне в комнату, а я подойду через пару минут.
Регулус покинул библиотеку и отправился на кухню. Прихватив с собой кухонный нож и небольшую стеклянную колбу, он поднялся наверх.
Глава 2
Ночью в Мунго было спокойно и тихо. Посетителей почти не было, а больные, вероятно, спали. В коридоре не было ни Джеймса Поттера, ни его рыжей подружки, ни кого-то другого. Возможно, Регулуса бы тоже прогнали и не пустили к брату, но целители всё же были людьми и не стали возражать против того, чтобы он посидел у койки. Видимо, решили, что в последние часы жизни больного его родным не помешает побыть с ним. Так будет лучше для всех. Регулус занял стул и сидел какое-то время возле брата. В его памяти проносились минувшие дни, минуты их общей радости, минуты ссор, вспоминались объятия и драки. Неужели всё это было так давно? Ведь только ещё вчера Сириус ему улыбался и отдавал конфеты, а ещё они прятались под лестницей, когда разбили мамину вазу, а ещё брат взял вину на себя и папа наказал его при помощи ремня. Неужели ещё десять лет назад они вместе прыгали то на кровати, то на лестнице, а потом вжимали головы в плечи и выслушивали ругань родителей?
— Прости меня, — помолчав, сказал Регулус и поднялся со стула.
Он посмотрел на брата и достал из кармана колбу, заполненную полупрозрачной жидкостью. Движением пальца открыл крышку, приложил колбу к губам Сириуса и влил содержимое ему в рот. То ли сработал какой-то рефлекс, то ли жидкость обладала некими свойствами, о которых он не знал, но Регулус и сам не понял, как «лекарство» растворилось. Он лишь заметил, как ссадины стали затягиваться на лице Сириуса. Похоже, сработало, организм восстанавливался. Вот только что теперь? Какой будет цена за «чудо»?
— Прости, — ещё раз повторил Регулус и приложил ладонь к голове брата.
В детстве тот часто заботился о нём, пусть и посмеивался, отвешивал подзатыльники, в шутку обзывал, но всё же заботился, видимо, пришёл черёд поменяться ролями, доказать, что он стоял всего этого, доказать, что он уже не маленький, способен признавать свои ошибки и сам исправлять их.
— Вот увидишь, вместе мы справимся и найдём выход, — прибавил Регулус, осторожно погладив брата по волосам. — Все ведь только говорят о проклятии, но никто не говорит, какое оно. А вдруг оно не страшней деяний Тёмного Лорда, а?
— Ре… Регги? Это… ты?
Голос Сириуса заставил его отнять руку и замереть. В первую минуту Регулус невольно подумал, что у него от усталости возникли галлюцинации, но нет, слух его не подводил, как и зрение. На лице брата затянулись все шрамы, и он раскрыл глаза.
— Рег, это ты или… мне мерещится? — спросил Сириус, прищурившись.
— Нет, это я, — ответил ему Регулус, поражённый куда больше, чем его брат.
— Что… ты здесь делаешь? — спросил Сириус.
Произнести правду было трудно, особенно теперь, когда брат очнулся и следил за ним, поэтому Регулус ляпнул то, что первым пришло в голову: