— Это правда, что мне не хочется. Но это все, что я могу предложить. Помоги мне убраться отсюда в одно место, где время течет настолько быстрее, что я исцелюсь за день-другой по меркам местного времени в Замке.
— Или здешнего, если уж на то пошло.
— Верно. И тогда, о-о-о!
Он вытянулся на кровати, схватился здоровой рукой за грудь и застонал.
— Люк!
Он поднял голову, подмигнул мне, бросил взгляд на дверь и опять принялся стонать.
Вскоре раздался стук в дверь.
— Войдите, — разрешил я.
Вошла Винта и окинула взглядом нас обоих. Когда она смотрела на Люка, у нее на лице, кажется, появилось выражение искренней озабоченности. Затем она приблизилась к постели и положила руку на плечи. Постояв так примерно с пол-минуты, она объявила:
— Он будет жить.
— В данную минуту, — отозвался Люк. — Я не знаю, благословение это, или проклятие.
Затем он внезапно обвил ее здоровой рукой за талию, привлек к себе и поцеловал.
— Привет, Гейл, — поздоровался он. — Давненько мы не виделись.
Она высвободилась с меньшей поспешностью, чем могла бы.
— Тебе, кажется, уже лучше, — заметила она. — И я вижу, что Мерль заодно помог тебе какими-то чарами, — на миг она слабо улыбнулась, а затем добавила: Да, давненько, охломон ты этакий. Ты все еще любишь омлет, поджаренный с обоих сторон?
— Конечно же, — признался он. — Но не из полудюжины яиц. Сегодня может быть всего два. Я не форме.
— Ладно, — согласилась она. — Пошли, Мерль. Ты мне понадобишься в роли управляющего.
Люк бросил на меня веселый взгляд, несомненно уверенный, что она хотела поговорить со мной о нем. И если уж на то пошло, я не был уверен, что хочу оставить его одного, даже при условии, что все его Карты лежали у меня в кармане. Я был по-прежнему не уверен в уровне его способностей, и намного меньше знал о его намерениях. Поэтому я задержался.
— Может быть, кому-нибудь лучше остаться с раненым? — спросил я.
— С ним все будет в порядке, — заверила она меня. — Зато мне может понадобиться твоя помощь, если я не смогу нагнать страху на слуг.
С другой стороны, может, она хотела сообщить мне нечто интересное?
Я нашел рубашку и натянул ее. Затем провел рукой по волосам.
— Ладно, — сказал я. — До скорого, Люк.
— Эй, — отозвался он, — посмотри, не найдется ли тут для меня трости, или сруби мне посох или хоть что-нибудь в этом роде.
— А тебе не кажется, что ты несколько торопишь события? — спросила Винта.
— Никогда нельзя сказать наверняка, — ответил Люк.
Поэтому я сходил за мечом и забрал его с собой. Когда я последовал за Винтой по коридору и вниз по лестнице, мне пришло в голову, что если двое из нас соберутся вместе, нам наверняка найдется что сказать о третьем.
Как только мы удалились за пределы слышимости, Винта заметила:
— Он здорово рисковал, обращаясь к тебе.
— Да, рисковал.
— Значит, дела его идут плохо, если последней инстанцией он избрал тебя.
— Наверное.
— Кой черт «наверное»! Он, должно быть, уже говорил с тобой.
— Может быть.
— Нет уж. Что-нибудь одно — либо просил, либо нет.
— Винта, ты явно сказала мне все, что собиралась сказать, — осадил я ее. — Мы квиты. Я не задолжал тебе никаких объяснений. Если я почувствую желание довериться Люку, то доверюсь. По крайней мере, я еще не решил.
— Значит, он все-таки агитировал тебя на свою сторону. Возможно, я сумею помочь тебе выбрать правильную линию поведения, если ты дашь мне знать, что именно он говорил.
— Нет, спасибо. Ты ничуть не лучше его.
— Я забочусь о твоем же благополучии. Не нужно торопиться отвергать союзников.
— Я не отвергаю, — возразил я. — Но, если подумать, то я знаю о Люке намного больше, чем ты. По-моему, тебе известно, в каких вопросах ему нельзя доверять, а в каких можно без опаски.
— Надеюсь, ты не ставишь на кон свою жизнь, рассчитывая на это?
Я улыбнулся.
— По этому вопросу я склонен проявлять консерватизм.
Мы вошли на кухню, где она заговорила с незнакомой мне еще женщиной, распоряжавшейся там. Сделав ей заказы на завтрак, она вывела меня через боковую дверь во внутренний двор. А оттуда показала на лесок на востоке.
— Вон там должно отыскаться подходящее деревце, — сказала она, — на посох Люку.
— Вероятно, — отозвался я, когда мы направились в том направлении. Так значит, ты действительно была Гейл Лампрен? — внезапно спросил я.
— Да.
— Я совершенно не понимаю этой смены тел.
— Я не собираюсь тебе все рассказывать.
— И не желаешь мне объяснить, почему?
— Нет.
— Не можешь или не хочешь?
— Не могу.
— Но если я уже кое-что знаю, ты согласишься немного добавить?
— Может быть. Попробуй.
— Когда ты была Дэном Мартинесом, ты стреляла по одному из нас. По кому именно?
— По Люку, — ответила она.
— Почему?
— Я убедилась, что он представляет угрозу для тебя…
— И ты просто хотела защитить меня? — закончил я.
— Именно.
— А как ты убедилась?
— А, ерунда. Вон там, похоже, хорошее дерево.
— Слишком толстое, — усмехнулся я. — Ладно, пусть будет так.
Я направился в рощу. Там было из чего выбирать.
Проходя по залитым утренним светом полянам, среди прилипающих к сапогам листьев и росы, я стал замечать какой-то необычный след, чьи-то следы, ведущие дальше и вправо, где…
— Что это? — задал я риторический вопрос, так как не думал, что Винта знает об этом больше моего, и направился к темнеющей массе у затененных корней старого дерева.
Я добрался до дерева раньше ее. Там лежала одна из собак Бейля, большой коричневый пес. Ему разодрали горло. Кровь уже потемнела и свернулась. По трупу ползало несколько насекомых. Дальше и чуть вправо я заметил останки собаки поменьше. Ей выпустили кишки.