— Карен Гриз?
— Да.
— Меня зовут Фолькманн, фрау Гриз. Я коллега Эрики Кранц.
Улыбка девушки сразу же потускнела, но в этот момент открылась дверь, и в магазин вошла молодая парочка. Они начали осматривать одежду, и, оглянувшись, Карен Гриз заставила себя улыбнуться, а они помахали ей рукой. Она посмотрела на Фолькманна, и улыбка снова сползла с ее лица.
— Какого черта вам надо?
— Я хочу поговорить с вами о Вольфганге Любше. Мы можем поговорить наедине, фрау Гриз?
— Как, вы сказали, вас зовут?
— Фолькманн. Джозеф Фолькманн. — Фолькманн протянул ей журналистское удостоверение, и девушка внимательно его изучила.
— Почему вы пришли сюда?
— Ваш друг Любш встретился со мной и Эрикой вчера вечером. Вот только это не очень нам помогло. Мне нужно снова поговорить с Любшем.
Лицо Карен Гриз вспыхнуло от негодования.
— Вы потратили время впустую, придя сюда, герр Фолькманн. И Любш мне не друг. Он мой давний знакомый. Эрика спросила, не могла бы я помочь ей найти его, так как ей нужно было с ним поговорить. Но больше я ничего не собираюсь делать. Так что если вы не возражаете, герр Фолькманн… — Девушка отвернулась и посмотрела на лысеющего мужчину, завершавшего сделку.
Он заметил ее взгляд, улыбнулся уголками рта и настороженно посмотрел на Фолькманна.
— Фрау Гриз, мне нужна помощь Любша. Вы единственная, кто может помочь мне связаться с ним, — настаивал Фолькманн.
— Я уже сказала вам: вы тратите свое время впустую. Я не могу вам помочь. Чего бы вы не хотели от него, я ничего не желаю об этом знать. А теперь прощайте, герр Фолькманн.
Когда девушка уже повернулась, чтобы уйти, Фолькманн сказал:
— У вас есть два варианта, фрау Гриз.
— Что вы имеете в виду? — уточнила девушка.
— Либо вы послушаетесь меня и сделаете то, о чем я вас прошу, или я вызываю полицию и рассказываю им, какая вы плохая девочка. Я уверен, их заинтересует ваша связь с террористом, находящимся в розыске. Вы и опомниться не успеете, как мои ребята из отдела по борьбе с терроризмом уже будут копаться в вашем магазине, допрашивать вас и вашего мужа. И я уверен, что ваши клиенты прочитают об этом в газетах. Вы меня понимаете, фрау Гриз?
— Вы угрожаете мне, Фолькманн? — Глаза девушки сверкнули.
— Я прошу вашей помощи. Кроме того, я могу сказать вашему мужу, что вы трахаетесь с Вольфгангом Любшем.
Карен Гриз гневно уставилась на Фолькманна, поджав губы. От злости у нее даже шея покраснела.
— Да кто вы, мать вашу, такой, чтобы выдвигать подобные обвинения?
— Вы ведь все еще встречаетесь с ним, правда?
Лысоватый мужчина проводил клиентку до двери. Смерив Фолькманна долгим взглядом, он подошел к ним, игнорируя двух других клиентов, — очевидно, почувствовал, что что-то не так.
— Все в порядке, Карен? Я могу чем-то помочь?
Поспешно обернувшись, Карен Гриз сказала:
— Бруно, это герр Фолькманн. Он коллега моей подруги. Нам надо поговорить наедине. Будь лапонькой и присмотри тут за всем, ладно?
Мужчина пожал Фолькманну руку.
— Очень приятно с вами познакомиться, герр Фолькманн. — Он посмотрел на жену и приобнял ее за талию. — Ты уверена, что все в порядке?
— Конечно, Бруно. — Карен Гриз улыбнулась. — Займись клиентами.
Повернувшись к Фолькманну, она деловым тоном сказала:
— Пойдемте в кабинет, герр Фолькманн.
Фолькманн пошел за ней. Кабинет был маленьким и захламленным, его украшали фотографии моделей в кожаной одежде, кроме них на стенах висели фотографии известных диджеев и певцов с автографами. Стол, стоявший в центре комнаты, был завален модными журналами и бумагами.
Закрыв дверь, Карен Гриз села за стол и с яростью уставилась на непрошеного гостя. Фолькманну через стекло было видно, что ее муж разговаривает с двумя клиентами.
— И какого черта вам надо? — Девушка холодно смотрела на него, ее грудь часто вздымалась под комбинезоном.
— Вы говорили с Любшем после того, как устроили нам встречу с ним в Рюдесгейме, фрау Гриз?
— Нет, я уже сказала вам, со мной это никак не связано. Вы совершаете ошибку.
По ее виду Фолькманн определил, что она лжет.
— Любш нам не очень помог. — Фолькманн увидел, что Карен Гриз бросила на него нетерпеливый взгляд, словно ей это было известно. — Вы знаете, где он, фрау Гриз?
— Нет, не знаю.
— Но вы можете с ним связаться?
Карен Гриз наклонилась вперед и положила ухоженные руки на стол.
— А теперь послушайте меня внимательно. Любш — не тот человек, с которым стоит шутить. Вы понимаете, во что можете вляпаться, являясь сюда и угрожая мне? Очень может быть, что вам не поздоровится, Фолькманн. Очень не поздоровится. — Она пристально посмотрела ему в глаза. — И тут уж распухшей челюстью вам не отделаться. В той же мере это касается и Эрики. Если вы позвоните в полицию, Любшу это не понравится, вы меня понимаете?
— Я хочу, чтобы вы связались с Любшем. Скажите ему, что я хочу с ним снова встретиться.
— Вы с ума сошли? Идите к черту, Фолькманн! Ну-ка, быстро выматывайтесь отсюда!
Карен Гриз встала, и Фолькманн взглянул на часы.
— Сейчас 11:15, фрау Гриз. Я хочу, чтобы Любш встретился со мной в семь вечера. У вас будет достаточно времени, чтобы связаться с ним, иначе я звоню в полицию.
— Фолькманн, вы псих. Я хочу, чтобы вы убрались отсюда. Незамедлительно.
— А хотите знать, насколько я псих? — Фолькманн поднял телефонную трубку и набрал номер.
Девушка смотрела на него, как завороженная. Они оба услышали щелчок на том конце линии, и Фолькманн произнес:
— Polizei?
Он увидел, что у девушки от страха расширились глаза. Протянув руку, она с силой ударила по рычагу телефона.
— Не надо было доверять Эрике, — сказала Карен Гриз.
Фолькманн положил трубку.
— В семь вечера. Если Любш опоздает хоть на минуту, я звоню в полицию.
Лицо девушки покраснело от злости.
— Где?
— Напротив вашего магазинчика находится бар под названием «Цум Дортмундер». Скажите ему, что я буду ждать его там ровно в семь. Я хочу поговорить с ним наедине. Просто поговорить. Так что не надо грубостей, ну, вы понимаете? И не пытайтесь связаться с Эрикой. Ее нет в стране.
— Я надеюсь, вы понимаете, что играете с огнем, Фолькманн.
— Это уже мои проблемы.
Повернувшись, Фолькманн ушел.
Дойдя до парковки, Фолькманн сел в машину и, переехав на другую сторону Рейна, вернулся в Визбаден.
Ему нужно было убить еще семь часов. Он пересек Визбаден и направился на север, в холмы за Рейном. Добравшись до живописного курортного городка Бад Швальбах, он свернул на восток и вскоре въехал на территорию заповедника Рейн-Таунус. Поездка заняла всего около сорока минут.
Летом в огромном заповеднике было полно туристов и отдыхающих, но зимой это было пустынное заброшенное место, где на бесконечных холмах, поросших соснами и елями, гулял ветер. Было очень холодно. В пятнадцати минутах езды от Бад Швальбаха он увидел указатель и повернул на дорогу, ведущую к озеру.
Съехав с дороги, он заехал метров на пятьдесят в лес и увидел еще один указатель. Выйдя из машины и заперев дверцу, он пошел по тропинке между деревьями и через пять минут дошел до маленького озера.
Место было пустынное, поверхность озера покрывала рябь, над озером дул холодный ветер. Неподалеку находился узкий деревянный настил длиной десять метров. Он нависал над серой холодной водой, а с интервалом в два метра на нем стояли деревянные шесты для швартовки лодок.
Дойдя до края настила, Фолькманн посмотрел вниз. Тут была большая глубина, и Фолькманн стал рассматривать противоположный берег, куря сигарету и обдумывая разные варианты предстоящей встречи. Через пять минут он погасил сигарету и пошел к «форду». Забравшись внутрь, он завел мотор.
Если его план сработает, то озеро — достаточно отдаленное и тихое место, где его не побеспокоят.
Если его план сработает.