- Я – мастер над драконами, - мрачно огрызнулась Тиана. – А кто твой бог, мне неведомо. Зато я знаю, что если вы не сдадитесь, то не переживёте этот день. Вы и сейчас ещё не превратились в пепел, только из-за благородства Красного герцога.
- Смерть в пламени чиста перед ликом Повелителя, - надменно отозвался сол Рескэ.
Толпа одобрительно загудела.
Лицо рыжего лжеца оставалось благостно-бесстрастным, но взгляд – взгляд не оставлял сомнений. Сам сол Рескэ в мир иной не собирался. Но чего он тогда хотел? Чего добивался всем этим?
- Вы умрёте не в пламени. Ас-ширрат вас бы спалила, но сол Ньэрэ не велел. Вы погибнете от стрел и мечей.
Тиана искренне надеялась, что в её голосе уверенности тоже достаточно.
Ведь всё так и случится? Союзники возьмут осаждённый город, самых фанатичных отправят разбираться с богами, но вырезать весь город никто не будет. Это усмирение бунта, а не завоевание, что бы не говорил этот огнепоклонник.
- Смерть не принесёт вам ничего, - твёрдо сказала она. – Ни благ от вашего… Повелителя, ни чистоты души.
- Твой герцог нас предал, - прошелестел почти по-змеиному голос бывшего Инквизитора. – Он привёл чужеродных тварей нам на погибель. Дабы совратили они души наши и пленили тела. Но не успеете. Ничего вы не успеете. Нечестивые демоны.
«Колдует» - успела подумать Тиана, понимая, что тихие слова эти разносятся над площадью, перекрывая все иные звуки.
Но ликующий вой огнепоклонников раздался уже через мгновение. Янча злобно скосила глаз и ответила злобным рыком.
Ещё не понимая, что именно происходит, Тиана взлетела обратно в седло.
- Беги, ведьма, - улыбнулся рыжий. – Если успеешь.
Янча рванула в воздух, не дожидаясь приказа.
На площади творилось безумие. Люди вспыхивали один за другим, превращаясь в живые факелы. Это было куда страшнее побоище – гимн, прославляющий Повелителя, вплетающиеся в него крики боли, кровь, гарь, молитвы и клятвы, а посреди этого всего этого стоял невредимый Мадэ сол Рескэ в своих белых и золотых одеждах. Прямо в ладонях изваяния, изображавшего огнебога. Он тоже молился.
- Вот мразь, - выдохнула Тиана.
Судя по виду рыжего, он явно собирался выжить. Как – Тиане было непонятно. И уже совершенно неинтересно. Она собиралась поговорить с ним, ради города, ради Ниры, ради того, чтобы просто найти ответы. Но теперь это всё было уже не важным.
Чего бы он ни хотел, кем бы он ни был, он не достоин был иной участи.
Тиана просто развернула Янчу и чётко произнесла одно-единственное слово.
«Убей!» - на древне-темарском.
Драконица будто этого и ждала, выдохнула столб пламени, которым можно было спалить Белую Башню дотла.
- Нет!
Этот голос Тиана узнала бы из тысячи. Из десятков тысяч.
Всё, что она успела, это рвануть изо всех сил стейвер, заставляя драконицу убить не этого, виновного во всём, а кого-то другого, бросившегося защищать своего вождя. Кого-то, кто мог бы выжить, раз уже сразу не ударился в ритуальное самосожжение.
Тиана видела, как огонь охватил человеческую фигуру, рявкнула на Янчу, чтобы та прекратила.
Мадэ сол Рескэ воздевал руки к небу.
- Верую! - гремело вокруг..
- Нет! Маааааай!
Крик летел над площадью, разрывая сердце в клочья. Но иногда сердце не имеет значения.
- Таррайо! Лет… лет лез-ви!
Янча взвилась в клубах дыма, свирепо визжа.
Рыжего лиса необходимо было убить. Какие бы это ни вызвало последствия.
Нира сол Гразза могла этому помешать лишь в единственном случае – если бы добежала, заслонила мерзавца собственным телом. Переступить через её жизнь Тиана не сумела бы ради самой благой цели.
Но Нира, неизвестно как оказавшаяся на верхней галерее храма, не успевала, не успевала, не успевала…
прода от 23.03.2021
***
Тиана никогда не верила, что пламя – нечто большее, нечто высшее и очищающее. Оно бывало красивым и даже поэтичным: алое, золотое, яркие перья, треск и губительная сила, после которой остается лишь пепел, серый, как прах времён. Оно давало тепло и свет. Всё. Ничего божественного.
Она его не боялась и даже любила. А потом и вовсе сделала своей работой.
Она любила его запах, особый, знакомый до мельчайших оттенков.
Драконий огонь был особенным. Родным. Чем-то, что почти было частью самой Тианы, хоть она и не умела его выдыхать.
И когда Янча вновь открыла пасть, это не она убивала рыжего Инквизитора, это делала Тиана. Думая о том, что город всё равно уже не спасти, что фанатики так или иначе превратили его в пожарище, а их выжившие собратья потом используют это против Красного герцога и союзников. Ничего изменить было нельзя, всё уже свершилось.