— И всё же, почему именно Дана? Как вы познакомились?
Флоренц вроде бы не настаивал и не давил, но в его тоне было так много ехидства, что Дана поняла — он самый главный сплетник в их семье.
— Что за глупые вопросы, Флоренц? Только взгляни на неё — разве мог я пройти мимо такой роскошной девушки? Едва я её увидел, как сразу же понял, что она будет моей дочерью!
Дана чувствовала неловкость: Давид и с ней был так же немногословен, как и с Флоренцом, так что она знала буквально несколько фактов о себе: что она училась, ночью шла домой из клуба, и Давид увидел её, сразу же влюбился, а она, конечно же, не могла устоять, поэтому с удовольствием согласилась стать вампиром и разделить с ним вечность. Ну а братья не знают о ней, потому что он не хотел, чтобы кто-то знал о его красавице! И Дана теперь понимала его тревоги — она прекрасно помнила, как все эти мужчины раздевали её глазами!
— Уже не терпится посмотреть на Вас во время церемонии! Первая кровь — это всегда так волнительно! Вы запомните это на всю жизнь! — продолжал щебетать Флоренц, и Дана чуть нажала ногтиком на колено Давида, давая понять, что ей это не нравится.
— Флоренц, своими речами ты только заставляешь Дану нервничать, — улыбнулся Давид, ещё сильнее прижимая девушку к себе, чтобы немного её успокоить, и добавил так, чтобы все услышали: — Я прошу всех не обсуждать предстоящую церемонию — вы на ней только гости, а не участники.
Голос его был строгим, но Дана от этого только самодовольно заулыбалась — было приятно, что он так быстро отреагировал и защитил её от этих нелепых фразочек. И всё же… Дана ведь собиралась быть активной и уверенной, говорить смело и прямо, а вместо этого только испуганно жалась к Отцу.
В комнату снова вошла Ирочка, да ещё и с подмогой — ещё двумя девушками, правда, не такими свежими и очаровательными, так что Дана продолжила следить только за ней.
— Ирочка, закрой, пожалуйста, окно, — попросил Давид, так же не сводя с неё взгляда.
В его голосе было столько издёвки, что Дана перевела взгляд с аппетитной служанки на него. Что он задумал? Девушка поставила на столик перед Даной поднос с пирожными, бросила на неё любопытный взгляд и молча отошла к окну. В комнате уже было прохладно, да и с улицы время от времени залетали пушистые снежинки, так что ничего такого в его просьбе не было, и всё же… Дане показалось, что он над ней издевается.
— Что-то ещё? — спросила Катенька, остановившись перед Давидом и чуть склонив голову.
Дана держалась изо всех сил, следила за мимикой и дыханием, чтобы ничем не выдать волнение. В конце концов, она не была настолько голодной, чтобы… чтобы даже подумать о том, как она запустит длинные острые клыки в эту тонкую белую шею, как сожмёт их и будет медленно пить кровь. Ох, она не удержалась и громко выдохнула. От этих мыслей возбуждение растеклось по телу, и Дана тут же захотела затащить Давида в спальню, но пока она старалась быть приличной девочкой.
— Нет, Ирочка. Ты пока свободна, — улыбнулся Давид и дождался, пока девушка выйдет, чтобы сказать уже Дане: — Ты умничка! И очень хорошо держалась. Но согласись, что она очень вкусно пахнет?
Дана молча кивнула и как ни в чём не бывало стала есть торт торта. Нет смысла обсуждать это дальше.
Ресторан высокой кухни в небольшом городе и в пятницу вечером не бывает переполнен, а в пасмурный снежный вечер четверга и вовсе пуст. И всё же были в нём несколько посетителей, привлёкших внимание официантов, которые, правда, даже перешёптываться боялись. Один из посетителей — молодой брюнет с тёмными жгучими глазами — пришёл ещё в обед и до сих пор не уходил. Он поспешно вошёл в ресторан, пряча лицо за высоко поднятом воротником пальто, сел за столик в самом укромном уголке и заказал почти только одну выпивку. Но не это было в нём странным, а чёрные очки, так странно смотревшиеся с черными кожаными перчатками, да ещё и при такой пасмурной погоде. Чуть позже к этому таинственному молодому человеку присоединился парень, почти что мальчишка: выглядел он проще, одет был как студент, а не как роковой аристократ со страниц женских романов, но так же скрывал лицо, пока шёл по улице.
Конечно же, это были Ярослав и Тимофей. И теперь они сидели в уголке в удобных креслах и убивали время.
— И всё же, нам пора планировать, куда мы поедем дальше. Нет смысла оставаться здесь — впереди зима, будет слишком холодно даже для охоты.
Тимофей пытался быть рассудительным, но пока его слова звучали как розовые мечты, и парень и сам это знал. Изо всех сил он пытался отвлечь Ярослава от мыслей о Давиде и Дане, но пока получалось плохо. Даже в этот ресторан Яр заявился, чтобы снова напиться, да и просто чтобы не сидеть безвылазно в очередной гостинице, потому что дом, найденный Тимом, ему не понравился.