— Я реагирую на него, потому что он меня ненавидит, хоть сегодня и пытался убедить, что хочет мне помочь, но я не могу ему доверять.
— Ну вот мы и выяснили, кто тебя обидел. Что ж, у тебя будет возможность показать ему, что ты сильнее его. Не сдерживай себя и уничтожь его. Хотя бы во время тренировок.
Последнее предложение он добавил, когда заметил, как изумлённо на него посмотрела Дана, будто он действительно предлагал ей убить брата. Хотелось бы на это посмотреть!
— А если он уничтожит меня? — холодно уточнила Дана, и верхняя губка её опасно приподнялась. Вот-вот, и покажутся клыки.
— Я с тобой, и именно поэтому ты не должна никого бояться. Иди ко мне, моя маленькая злая кошечка!
Дана ахнула, когда он оказался перед ней за одно лишь мгновение. Перехватил за талию, запрокинул голову и поцеловал так, что девушка задохнулась и ударила его кулачком по плечу, чтобы Давид её отпустил. В голове закружилось, перед глазами потемнело, но Давид не спешил разжимать объятия.
— В тебе слишком много энергии, и я знаю ей применение, — засмеялся Давид, и Дану обожгло прикосновение к бедру: он умудрился пробраться под длинный шёлковый подол.
Дана выдохнула испуганно и попыталась отстраниться. Слух и зрение обострились: она слышала смех и разговоры братьев, видела тени, движущиеся за дверью, так и оставшейся полуприкрытой. И Дана растерялась, её буквально разрывало от ощущений: Давид продолжал гладить её бедро, но теперь ещё и целовал в шею, чуть покусывая.
— Не надо… — жалобно попросила Дана, заливаясь краской. — Не здесь…
Она даже не понимала, где находится. Комнатка была такой тесной, что в ней был минимум мебели: стол, два стула, крошечный диванчик, зато через окно, занимавшее почти всю стену, лился холодный лунный свет. Здесь было забавно шептаться с Ярославом, но заниматься сексом с Давидом? Ну уж нет. Дана хотела роскошную кровать и комнату, в которой она не будет себя сдерживать.
— Если я хочу здесь и сейчас, значит, так и будет, — прорычал Давид нетерпеливо, и Дана перестала дышать от волнения.
Его возбуждение передалось ей, обожгло тело и уничтожило всё стеснение. Он так сильно хочет её? Нельзя упускать такой шанс. Дана потянулась к его губам и сразу же попала в их плен, языки сплелись, дыхание смешалось, в висках бешено стучал пульс. И Дана больше не владела собой, руки скользили по такому желанному телу нетерпеливо, немного суетливо, она быстро расстегнула пиджак и замерла на поясе, снова спрашивая разрешения без слов. Давид ответил ей так же молча: прервал поцелуй, чуть отстранился, коснулся рукой её щеки, провёл вниз по шее, пока не положил ладонь на плечо. Взгляд Давида стал твёрдым, как и его рука, придавливающая плечо Даны всё сильнее. Дана только взглянула на него из-под ресниц и медленно опустилась на колени.
В голове шумело так, что Дана перестала понимать, что происходит. Она совсем забыла, что стоит боком к двери, за которой продолжается вечер, и не могла даже думать о том, как выглядит, хоть и старалась оставаться соблазнительной.
Давид продолжал поглаживать её щёку, тёплую от смущённого румянца, а сам сгорал от нетерпения. Она так хотела сделать это вчера, так пусть постарается сейчас. Вот только от волнения и возбуждения она совсем отключилась: Давид видел это по абсолютно пустым глазам и дрожащим рукам.
— Знаешь, почему я люблю красную помаду? — спросил Давид, и Дана хитро улыбнулась. — Вижу, ты догадалась. Я люблю, чтобы всё было красиво.
Он дал ей полную свободу действий, только чуть поглаживал волосы или щёчки, поощряя Дану. Нетерпеливая и взволнованная, она не сразу справилась с ширинкой, потому что вытащить из неё уже возбуждённый член оказалось сложно.
— Не спеши, — промурлыкал Давид, но Дана уже не слышала его.
Теперь она уже не боялась, хоть и знала, что Давид всё равно сможет сделать ей больно. Вот только она постарается сделать всё очень осторожно, но так, чтобы ему понравилось. Дана раскрыла ротик, высунула язычок и подняла на Давида дразнящий взгляд. Давид же в ответ только чуть надавил ей на затылок, подталкивая и поощряя.
Делала ли она когда-нибудь минет? По крайней мере, брезгливости не было. Был интерес. Ужасно приятно было ласкать член и мошонку руками, то едва касаясь кончиками пальцев, то сжимая крепко, наслаждаясь мгновенной реакцией. Длинный, прямой и толстый, с широкой головкой — член наливался всё больше, становился твёрже, и смазка, уже стекавшая большой каплей, казалась Дане ужасно соблазнительной. Поэтому Дана наклонилась и слизнула её, захватила ртом всю головку и с каким-то странным удовольствием просто смаковала. Солёная. Но этот первый вкус будто замкнул что-то в сознании Даны, срывая всё стеснение, и девушка принялась сосать жадно, быстро — так глубоко, как только была способна.