Давид снова коснулся её руки, чуть погладил запястье и вдруг остановился, будто прощупывал пульс.
— Как браслет-змейка? Не мешает тебе?
Браслет? Дана и забыла о нём. Поэтому после слов Давида обеспокоенно приподняла рукав шубки и ощупала запястье. Под её пальцами змейка, настолько тонкая и плотно прилегавшая к руке, что была больше похожа на царапинку, чем на золотой браслет, зашевелилась.
— Ой! — пискнула Дана, одёргивая пальцы и встряхивая рукой, будто надеясь сбросить змейку.
— Не бойся. Она всего лишь отреагировала на моё присутствие. Знаешь ли, у неё всегда был скверный характер, — с усмешкой заметил Давид.
— Откуда вы так много знаете о ней? — подозрительно прищурилась Дана, всё ещё не решаясь взглянуть на вившуюся змейку.
— Артефакты занимают не последнюю роль в нашей жизни. К сожалению, в магических способностях мы значительно уступаем даже многим магам, не говоря уже о демонах, так что приходится уравнивать силы с помощью магических предметов. Эта змейка была создана одним крайне недоверчивым алхимиком в Средние века в самый тёмных их период. Он был большим специалистом в ядах и справедливо подозревал, что его попытаются убить завистники и коллеги, так что создал удивительную змейку, способную предупредить его об опасности. С ней ему бы точно не грозили яды: она бы предупредила, едва почуяв их. И не только их. В общем, для мнительного алхимика это был идеальный вариант.
— И как же он умер? — заинтересовалась Дана.
— Да просто. Умер от старости во сне. Змейка не всесильная — она не способна противостоять Смерти. Смотри, она что-то от тебя хочет.
Змейка действительно оживилась: стала толще, и теперь можно было увидеть узкую тупую мордочку и даже рассмотреть блестящие глазки. Змейка приподняла голову и повернулась к Дане, будто хотела познакомиться.
— И как мне понять, что ей от меня надо?
— Не знаю. Змейка будет верно служить тебе до самой твоей смерти, так что не переживай. Вообще, крайне забавно, что она попалась в руки вампирам. Её ждёт долгая служба, — хихикнул Давид.
Его беспечное отношение к такому сильному артефакту немного успокоило Дану, и она ласково погладила змейку по толстенькой спинке. Змейка осталась довольна, опустила голову и, стремительно уменьшаясь, переползла на средний палец, чтобы обвить его золотым кольцом.
— Видишь, она всего лишь устраивалась удобнее. Думаю, она переживает, что мы едем туда, где будет много людей и где ты точно привлечёшь внимание. Ты прекрасно выглядишь, моя дорогая!
Давид притянул Дану за плечо и нежно поцеловал в висок. Настроение его стремительно улучшалось, и девушка в ответ бесконечно в него влюблялась. Как он мог быть настолько разным? Вот он строгий и даже жестокий в чёрной спальне, а вот нежно целует её и выглядит так, будто они едут на первое свидание. В общем-то, это действительно их первое свидание! Как волнительно!
Дана действительно выглядела хорошо: короткое чёрное платье, слишком тонкие чулки и лодочки на высокой шпильке подчёркивали длинные крепкие ноги. Вот только в эту зимнюю ночь в северном мегаполисе был трескучий мороз, а на Дане была лишь шубка, небрежно накинутая больше для красоты, чем для тепла.
— Как же здесь холодно! — фыркнула вампирша, едва высунувшись из машины.
Давид, вышедший раньше и теперь взявший Дану под руку, лишь улыбнулся:
— Котик, привыкай. В этой стране всегда холодно, но зато и солнца здесь меньше. Да и разве не этим вечером ты раздетая купалась в снегу?
— Это другое!
Говорить не хотелось, холодный ветер ударил в лицо, и Дана поспешила спрятаться за широкого и высокого Давида. Хоть машина и остановилась почти у входа, но даже эти несколько шагов остались в памяти девушки как невыносимая пытка холодом. Какой кошмар! И разве могут люди жить в таких условиях? Почему-то сразу вспомнился закат на море, и Дана догадалась, что она не из этого региона. Она откуда-то с тёплых южных берегов. Но как она оказалась так далеко от дома? Ведь даже огромное поместье Давида было намного севернее морей. Надо бы как-то уточнить это, но так, чтобы Давид не разозлился. Он не любил, когда она даже мельком вспоминала о жизни до обращения.
— Ужас, и как люди так живут! В таком холодном и людном городе! — фыркнула Дана, когда Давид заботливо снял с неё шубку.
Они только что поднялись на лифте так высоко, что Дана даже забыла, на каком они были этаже, но ехали они долго. И теперь девушке ужасно хотелось посмотреть, куда же привёл её Давид.