Давид был там с самого начала разговора и видел, как крепло намерение Даны. С первого взгляда она уже знала, что не оставит девушку в живых. И, стоит отметить, неплохо поработала: практически не оставила следов. Кровь почти полностью впиталась в пальто и шарф жертвы, но всё же немного осталось на снегу, и теперь Давид вызвал маленький снежный вихрь. Капельки растворялись в темноте, а следы заметало. Этой ночью будет снежная буря, в этом нет сомнения.
Как и нет сомнения в том, что Дана попытается скрыть случившееся. Можно было бы оставить всё как есть, ведь, в конце концов, она защищала свою новую жизнь, но Давид был строгим родителем. У них не должно быть секретов.
— Посмотрим, что ты мне расскажешь, — с усмешкой проговорил Давид, вертя в пальцах бумажный стаканчик с остатками какао.
Стаканчик молчал, но лишь пока. Пока Дана не заметит его в доме.
Глава 26. Секреты и опасности
В отличие от Даны, Ярослав прекрасно знал, что Давиду лгать невозможно, поэтому телепортировал её домой и сразу же поспешил в клуб. Что ж, пусть это и формальная, но всё же причина побыть вне дома. Ночью. А днём? Ответ Ярослав знал: завтра же они с Тимофеем отправятся в офис. Даже если Отец будет на него зол, проще будет пережить его бурю на людях, чем в тёмном особняке. В общем, Ярослав в напряжении ожидал, чем же всё закончится.
А вот Дана была напряжена из-за другого. Нет, она не считала себя способной обмануть Давида, но недосказать — почему бы и нет? Ведь она так и не сказала ему о тех алых нитях, связывающих хрупкие сердца её братьев. И Дана не могла себя обманывать: она знала, что это важно, чувствовала, что надо было сразу же спросить Давида об этом, а теперь получалось, будто она специально утаила. Но ведь это было не так! Просто Дане было не до этого.
Как сейчас ей было не до внеочередного убийства. Да, она нарушила обещание, но ничуть не раскаивалась. Если бы ситуация повторилась, Дана бы поступила точно так же. Возможно, попыталась бы скрыть это даже от Ярослава и Тимофея, потому что знала: они не будут лгать Давиду, возможно, даже сами поспешат доложить. Но больше Дану беспокоило то, что какая-то девчонка могла разрушить её новую жизнь! Если бы она рассказала обо всём её родителям, те подняли бы шум и усилили поиски. Не то чтобы это было опасным: в конце концов, Дана совершеннолетняя и может жить где угодно и с кем угодно, но факт того, что человеческое прошлое может напомнить о себе, вызывал у неё панику.
Ярослав вернул её в дом, но Дана какое-то время избегала Давида. Ещё даже не наступила полночь, и Давид пока был в своём кабинете, так что девушка прошмыгнула к себе. Та самая чёрно-красная спальня осталась её, так что никто бы не удивился, что Дана сначала зашла туда. Она скинула шубку и сапожки и закрылась в ванной. Прежде всего требовалось смыть кровь, вымыться настолько тщательно, чтобы Давид не смог даже унюхать её! Поэтому Дана принимала душ, одновременно набирая ванну. В конце концов, она действительно замёрзла, так почему бы не отогреться? И не подумать хорошенько: что это на неё нашло? Чего она так испугалась?
В крови была только рука, которой Дана держала девушку за горло. Свету? Ведь так её звали? Наверное, когда-то они были близкими подругами, может, даже лучшими, но какая теперь разница? Теперь не найдут не только Вику, но и Свету. Дана скривилась, лишь подумав об этом имени. Оно ей не шло. Девушка замерла на секунду, перестав намыливать руки, настолько её поразила эта мысль: а ведь она особо и не думала о том, кем была до… до того, как стала Даной, до того, как познакомилась с Давидом. И как так получилось, что даже Света, её якобы подруга, ничего не знала о Давиде? Ведь любая человеческая девчонка не удержалась бы и похвасталась таким роскошным мужчиной.
Ответ оказался на поверхности: Давид запретил ей тогда говорить об этом так же, как и запретил потом спрашивать о прошлом. И Дана была послушна, не спрашивала, не искала ответов на очевидные вопросы, которые со временем перестала задавать даже себе. Но что же было до? У неё ведь были родители, друзья… Она должна была бы скучать. Если бы помнила о них, конечно же. Вон Ярослав ведь помчался спасать свою сестру, хоть рядом и был Давид, так чем же отличается её ситуация? Почему ей нельзя знать хоть что-то о своём прошлом?
Мысли спутались, и Дана устроилась в ароматной ванне, не только чтобы скрыть запах крови, но и чтобы разобраться в себе. Теперь, когда ужас разоблачения немного поутих, она поняла, что в общем-то убила девушку зря. Ничего бы эта Света ей не сделала! В крайнем случае, к ней бы отправился Давид и решил это недоразумение. Да, возможно, к тому времени Света бы и раструбила всем, что видела её живой и здоровой, подняла бы шум, обеспокоила родителей, ну а что бы это изменило? Разве Дана смогла бы снова стать человеком и жить так, как жила до этого? Нет, конечно! Она даже засмеялась, настолько нелепым показался этот вариант. Давид бы её не отпустил, не отдал бы. Да и что такого, если бы он снова вспомнил о её человеческой жизни? Ведь познакомился он с живой девушкой, а не с вампиром!