Яр стиснул зубы, предпочитая промолчать. Отец имел право его отчитывать, но бесило его другое: эта неизвестная девчонка была жива и теперь требовала сил, времени и внимания одного из сильнейших и влиятельнейших вампиров последнего тысячелетия. Выглядела она не очень: серо-бледная, но с пунцовым румянцем, с пересохшими губами, волосы мокрые и уже спутавшиеся. Яр чуть скривился: вспомнил, как сам переживал лихорадку перерождения, но яд его Отца был не таким, как яд Тима. Очевидно, что она должна умереть. Даже с диализом и всем этим уходом она просто обязана умереть! Такие, как она, не имеют права на существование.
— Если об этом узнают, у нас будут большие неприятности… — начал было Яр издалека, но Отец грубо его оборвал:
— У твоего Тимофея будут большие неприятности, да и у тебя тоже. Но ты ведь не за этим сюда пришёл?
— Не за этим.
— Я тебя слушаю. Как видишь, мне здесь есть чем заняться.
Отец и так прекрасно понимал, зачем он пришёл. Тим не имел права кусать своих жертв не только потому, что они превращались в монстров, но и потому что портил кровь собственным ядом. И теперь чувствовал себя ужасно, будто вместо выдержанного элитного коньяка напился палёной водки.
— Мне нужна кровь для Тима. Любая. Хоть двести миллилитров.
Яр сказал это и опустил взгляд в пол. Он ненавидел о чём-либо просить, но Тиму было плохо. Всю ночь им пришлось провести в ближайшей гостинице, где Тима выворачивало в и без того грязный унитаз, а Яр только метался по комнате в бессильной злобе. К Отцу идти он боялся, но ещё больше боялся, что Тима найдут Старейшины, так что в дом его гнало не столько беспокойство о состоянии любовника, сколько желание узнать, чем же завершилась ночная трагедия. А она не спешила завершаться: её нашёл Отец, и если уж он взялся бороться за её жизнь, то шансы выжить значительно превышали риск смерти.
— Ты знаешь, где хранится кровь, — мог бы пойти и взять, — всё так же равнодушно ответил Отец — его взгляд не отрывался от лица девушки. Она была на грани сознания: глазные яблоки метались под вздрагивающими веками, губы время от времени приоткрывались, будто она хотела закричать или всхлипнуть, или жадно вдохнуть. Но сил на это у неё не хватало.
— Что мы можем сделать сейчас? — на всякий случай уточнил Яр, догадываясь, что Отец просто его прогонит.
— Сделайте так, чтобы об этом никто не узнал. И сидите тихо, пока всё не наладится.
Ничего нового Отец не сказал, поэтому Ярослав почувствовал себя глупо. Зачем вообще он пришёл сюда? Отец был прав, надо было просто забрать кровь из хранилища. Но Яр не мог обманывать себя: он знал, что увидит Отца здесь, с ней, понял это, когда увидел его в том тёмном переулке. И злиться он мог только на Тима, или на себя, что недоглядел. Да уж, давно такого не было в вампирском мире: чтобы кого-то превращали без его согласия! И что теперь будет?
— И что теперь будет? — первым делом спросил Тим, как только Яр закончил рассказ о посещении дома.
Тимофей был землисто-белым, пухлые губы — побледнели и запеклись, даже по-девичьи округлые щеки теперь запали. Яр смотрел на него и думал, что та девушка сейчас выглядит даже лучше, в основном, конечно, благодаря усилиям Отца, и он не мог ей этого простить.
Тим сидел на кровати, опершись на подушки, и смотрел на него по-детски жалобно. Для Яра отчасти он и был ребёнком, он должен был заботиться о том, кого обратил. И кого любил.
— Пока выпей и отдохни. Ты ни на что не можешь повлиять.
Когда Яр говорил такими короткими фразами, было понятно, что он злится, поэтому Тим решил молча ему подчиниться. В конце концов, именно он был виноват в этой ситуации. Как так вообще получилось, что эта девчонка его услышала, что стала сопротивляться, что не умерла, наконец?! Не стоило её кусать, не стоило вообще её трогать! Тимофей верил в судьбу и в то, что ничто не происходит случайно. Когда-то его подобрал Яр и вполне мог бы просто поужинать ним, но вместо этого бережно выращивал его, воспитывал, пока Тим сам не попросил его обратить. Всё это было не случайно, просто не могло быть! А теперь эта девчонка…
— Как её зовут? — вдруг спросил Тимофей.
Яр с неким раздражением оторвался от ноутбука, в котором что-то увлечённо искал.
— Как её зовут? Ты не знаешь? — Повторил Тим.
— Не знаю.
— У неё вроде бы была сумочка? И телефон. Через телефон наверняка можно зайти в соцсети и что-то о ней узнать.
— Нет больше ни документов, ни телефона. Или ты хочешь, чтобы нас нашли? Ты там порядком наследил, мне пришлось постараться, чтобы убрать за тобой.
— Прости, я что-то не подумал об этом. Просто было любопытно хоть имя её узнать. Когда она придёт в себя, то ничего же не вспомнит.