— О! Какие люди!.. — смог-таки выговорить Ярослав, поднимая на него голову и придерживая её рукой. — Отец?..
Что ж, он понял сразу. И это было очевидно — иначе Эда бы сюда не заманили, но приказ Отца важнее брезгливости и раздражения.
— Отец хочет видеть тебя на сегодняшнем ужине. Желательно в приличном виде, — отчеканил Эд, оценивая обстановку.
На блестящем от многократно разлитой выпивки столе стояли два стакана для виски, но в непочатой бутылке в янтарной жидкости плавала маленькая чёрная ящерица, и Эд чуть скривился. В его возрасте он бы уже не решился сделать даже глоток подобного пойла, а Яр ничего, сидит, говорит.
— Это вторая бутылка? — строго спросил Эд у Тима, и тот только кивнул. — Ладно, хватит с него. Тащи его в отель, пусть приходит в себя, а то вечер сегодня серьёзный.
Яр подпёр тяжёлую голову руками и посмотрел на брата с капризной усмешкой:
— Это из-за неё?
Он буквально выплюнул эти слова и так сильно откинулся на спинку стула, что едва не упал.
— Из-за неё. Превращение закончилось, Отец готов представить её всем братьям, так что веди себя прилично. Отец даёт тебе только один шанс, и, если ты опозоришься — можешь домой не возвращаться.
Всё это Ярослав прослушал молча, хоть глаза его наливались гневом и обидой. Отец снова его наказывает! Даже это приглашение он воспринял как издёвку, насмешку, как попытку в очередной раз его унизить. Яр уже приготовился ответить, ядовитые слова вертелись на кончике языка, но ледяной взгляд Эда его остановил. Если Отец мог сдержать свою надменность, то Эд откровенно смеялся. Он был таким всегда: холодным, но язвительным и даже злым. И сейчас у него была прекрасная возможность всласть поиздеваться над своим самым младшим братом. Но Яр ему такого шанса не подарит, ну уж нет!
— Когда приходить?
— В полночь, как обычно.
— Форма одежды?
— Black tie. Ты что, забыл, какие вечера устраивает Отец? — Эд недовольно повёл бровью. Даже мысль о том, что этот спесивый мальчишка может испортить их Отцу такой долгожданный вечер после сложного и мучительного превращения Даны, вызывала у него раздражение.
— Я помню.
Яр помнил. От этой новости приятный туман опьянения рассеивался, оставляя после себя только отвратительную горечь и тошноту. Как в таком состоянии пережить вечер с этой девчонкой? Эд исчез так же незаметно, как и появился, но Ярослав ещё долго не мог заставить себя встать. Когда-то, будто целую вечность тому назад, Отец так же выводил и его самого, и в восторге были они оба. И видеть сияющие глаза Давида, направленные не на него, а на девчонку из подворотни, — будет невыносимо. Но если он не придёт, то Отец рассердится, и станет только хуже. Так что придётся идти и терпеть. И улыбаться. И радоваться за него и за неё. Видеть первый в её жизни триумф.
Руки тряслись, пальцы не слушались, и серёжка всё никак не попадала в ухо. Давида рядом не было, и Дана могла себе позволить побыть испуганным ребёнком. Под его пристальным взглядом так не забалуешь: надо держать спинку ровно, томно улыбаться и стрелять глазками. Но Отец ушёл вниз устраивать последние приготовления и оставил Дану собираться. Из косметики у неё была только красная помада — в тон платья. Остальное не требовало вмешательств, и Дана понимала, что живая человеческая женщина так выглядеть не может. Чистая гладкая белая кожа без тени румянца, шёлковые густые брови, пушистые длинные ресницы — идеальная картинка в любое время дня и ночи.
Девушка украдкой взглянула на дверь, опасаясь, что Отец застанет её врасплох, и быстро приподняла пухлую губку, но клыков не увидела. Зубы были острыми, Дана это понимала, но таких красивых тонких клыков ещё не было, и она впервые почувствовала себя какой-то неполноценной, ведь у всех там внизу они есть! И только она ещё ребёнок для них. И для Отца. И как ей собраться с силами, чтобы спуститься к ним? Было очевидно, что они будут оценивать её, смотреть на неё изучающе, а потом долго обсуждать между собой. За её спиной!
Дана почувствовала неожиданный приступ гнева. Ну зачем ей вообще это делать? Но ответ она знала: таково желание Отца, именно ему не терпелось показать её остальным, буквально похвастаться. Наверное, она должна гордиться? Быть довольной, радоваться тому, что она будет в центре внимания. И его внимания тоже. Девушка прикусила губу. Надо собраться! Судя по всему, такие встречи будут более-менее регулярными. Дана уже поняла, что Давид — не последний человек в мире вампиров, Давид сам рассказывал, что ему часто приходится общаться с огромным количеством вампиров, посещать вечера, балы и встречи, чтобы постоянно поддерживать вековые контакты. И Дана должна будет его сопровождать, ведь она его единственная дочь. Так что надо брать себя в руки и тренироваться на братьях. Они ведь не так опасны, как незнакомые старые вампиры. По крайней мере, Дана на это надеялась.