— А, ты здесь, — проговорил тот рассеянно, и Николас встревожился. Что это с Отцом, что он даже не понял, куда пришёл?
— Вы меня искали? — на всякий случай предположил Николас, и Давид усмехнулся:
— Нет, но ты же меня не выгонишь?
— Ну что Вы! Проходите. Хотите выпить?
Николас засуетился. Интонации Давида показались ему заманчивыми, и Николас не мог упустить возможности провести немного времени с ним наедине. Появление Даны и длительное пребывание с братьями в одном пространстве всколыхнули давно забытые чувства, и прежде всего ревность. А тут ещё и сам Давид слишком сильно выделял Дану из всех детей! Нужно действовать, чтобы не оказаться забытым и покинутым. Даже если ты второй сын — ты всё равно не первый.
— Ты куда-то собирался? — уточнил Давид, устраиваясь на широком кожаном диване и закидывая ногу на ногу.
Николас выглядел идеально: тёмно-синий костюм, светлая рубашка, сапфировые запонки, шёлковый платок. Его сын явно собирался на свидание, и чувство собственничества кольнуло Давида. Его второй сын был одним из самых красивых его детей. Синеглазый, темноволосый, с изящными аристократичными чертами лица. Чёрные кудри, пушистые ресницы, шёлковые брови — даже в жестоком семнадцатом веке его красоту отметил один лорд, приблизил к себе и попытался соблазнить. Выбора у Николаса не было: он был художником, натурой творческой и ранимой, и без покровительства не выжил бы. Но держался он долго и упорно, будто ждал, пока появится Давид — его спаситель. Его первый любовник. Первый потому, что после обращения Николас будто с цепи сорвался. Теперь уже он покровительствовал очаровательным мальчикам, беря за это плату их любовью. Так что Давид заподозрил, что Николас время зря не терял и завёл себе очередного любовника уже в этом хмуром зимнем городе.
— Подождут! — засмеялся Николас, и его синие, как южное море, глаза озорно засияли. Он тоже уже почувствовал, что Давид им любуется, и решил не упускать такой возможности. — Выпьете что-то? У меня есть прекрасный коньяк! С моих виноградников во Франции. Кстати, не хотите погостить там немного летом? Или весной?
Он растекался сладкой рекой, наливая коньяк в изящные фужеры, и то и дело бросал взгляды на Давида. Хорош, как и в первую их встречу! Казалось, что прошло не четыреста лет, а всего пять! Во всяком случае, теперь Давид казался только чуть солиднее, но следов старости на нём так и не было. Ни морщинок, ни первых седых волос! Удивительный мужчина. И такой же сладострастный! Николас хорошо знал этот взгляд: томный и хищный, из-под полуприкрытых век, из-под длинных ресниц, подкреплённый мягкой полуулыбкой и лёгким наклоном головы. Давид ещё только интересовался, будто спрашивал Николаса: согласен ли тот немного отдохнуть, расслабиться? И Николас отвечал ему на их же языке соблазнителей: чуть прикрыл глаза, улыбнулся нежно, но обещающе.
Давид взял фужер из рук сына и осторожно понюхал коньяк, чуть прикрыв глаза. Ужасная усталость вдруг нахлынула на него, и мужчина с удовольствием откинулся на спинку дивана. Да, ему однозначно стоит отдохнуть. Впереди ещё столько хлопот! И, пока Дана спит, у него есть несколько часов для себя.
— Так вы приедете? — напомнил Николас о себе, присаживаясь на край дивана на расстоянии вытянутой руки от Давида, как бы давая ему возможность прикоснуться, если он захочет, конечно.
Давид угадал: Николас собирался на свидание с молоденьким и слишком смазливым мальчишкой. Но шанс остаться наедине с Давидом — таким мужественным, властным и сильным — буквально свёл его с ума! Секс с ним был прекрасным! Порой невыносимым, на грани агонии и оргазма, а порой таким нежным и чувственным, что Николас таял в его умелых руках. Слишком пикантные воспоминания, конечно же, вызвали возбуждение, и Николас не спешил это скрывать. Давид ведь и так всё знает. Он видит его насквозь.
— Посмотрим. Думаю, Дана захочет посмотреть поместья всех своих братьев, — хищно улыбнулся Давид, делая крошечный глоточек коньяка, и остро посмотрел на Николаса.
— О, Дане действительно будет интересно погостить у меня. Ну а Вы? Давно Вы не приезжали ко мне просто погостить, — ласково мурлыкал Николас.
Он сидел полубоком, положив руку на спинку дивана и закинув ногу на ногу. В этом кабинете он чувствовал себя хозяином, и пока Давид позволял ему это. Лёгкая игра, проверка, кто же сдастся первым?
— Как и ты. Сколько дней ты уже живёшь здесь, а так и не зашёл ко мне. Зато собрался к кому-то на встречу.