-Ах, это. Да, я что-то такое припоминаю, - нахмурив лоб, проговорил Рэнфилд. – Кажется, ваш дядя опасался взломщиков. В то время по улице, где он жил, прошла волна краж, и он всерьез обеспокоился сохранностью своей коллекции.
-Хм, это многое объясняет, - проговорила девушка и тут же спросила: - Как вы думаете, он пропал из-за своих поисков? Я имею в виду, ему удалось отыскать нечто ценное?
-Не хочу строить пустых теорий, мисс Мина, но с осторожностью предположу, что да. Эта стезя не терпит конкуренции. Возможно, он действительно напал на след чего-то значимого. Хотя, насколько мне известно, полиции не удалось найти существенных улик в этом направлении. Как неудачно пошутил один из детективов: «Он словно растворился в воздухе».
-Мистер Фрай, лекарство! – настойчиво повторила сестра Летерен, пытаясь увести пациента. – Продолжите свою беседу в следующий раз.
-Да, конечно, извините, - кивнула Мина. – Спасибо за помощь.
-Удачи в поисках, мисс Мина, - галантно поклонился мистер Фрай. - Но, умоляю вас, будьте осторожны. Как говорила моя любимая писательница: «Старые грехи бросают длинные тени».
-Я постараюсь, - с улыбкой кивнула девушка. – Рада знакомству.
Они медленно направились обратно к зданию. Мина помахала рукой вслед старому адвокату. «Что ж, для начала информации более чем достаточно. Кто бы мог подумать – дядюшка Кольбер стал успешным археологом! Но это объясняет те странные исторические записи в его комнате. Надо бы еще раз поговорить с мистером Кавендишем. Возможно, вторая часть документов хранится у него или он сможет подсказать, где именно могут находиться эти бумаги. И было бы неплохо узнать имена тех профессоров, с которыми в свое время консультировался дядя. Вот уже несколько ниточек. Надеюсь, какая-то из них приведет меня к ответам»
Мина успела дойти до пункта охраны, когда ее окликнул зычный голос сестры Летерен:
-Мисс Мюрье! Подождите!
Мина повернулась и увидела, что девушка быстрым шагом направляется к ней.
-Мистер Фрай кое-что вспомнил по дороге и попросил передать вам это сообщение, - она протянула ей клочок бумаги.
Мина поблагодарила ее и та поспешила вернуться к своему пациенту.
Развернув больничный бланк, девушка увидела несколько коротких предложений, написанных аккуратным почерком: «Отец Мартин. Церковь на Кадеген Стрит».
«Священник?» Это было странно. «Неужели дядюшка ударился в религию?» Спрятав записку в карман, Мина вызвала такси и без промедлений отправилась по указанному адресу.
Глава 10
Обстановка комнаты сильно напоминала декадентские салоны позапрошлого века. Массивные канделябры и подсвечники наполняли просторный зал мягким желтоватым светом. Все окна были плотно занавешены бордовыми портьерами с тяжелыми витыми кистями по бокам. У стен расположились кресла и оттоманки. Рядом низкие столы на тонких деревянных ножках. По залу быстро и бесшумно сновали официанты, предлагая гостям еду и напитки.
Чарльз с комфортом устроился на подушках. Они с Мэй заняли угловой диван, отгороженный от любопытных глаз деревянной ширмой. На противоположной стороне зала находилась небольшая сцена для музыкантов. Ярко-рыжая девушка с печальным лицом медленно покачивалась из стороны в сторону, исполняя незнакомую трагическую песню о любви и смерти. Ее нежный голос навевал Чарльзу меланхоличные картины. В фантазиях он представлял себя несчастным Орфеем, ведущим за собой бестелесный дух своей возлюбленной Эвридики, у которой было лицо Мэй. По мере нарастания музыки его воображение металось от трагических событий, разделивших Пирама и Фисбу, до печальной участи Паоло и Франчески. В конце, когда песня достигла своего апогея и хрустальный голос девушки задрожал на последних нотах, Чарльз неистово пронзил свое сердце кинжалом, целуя бездыханное тело уснувшей Джульетты.
Певица умолкла и опустила руки. Смущенно улыбнулась. Раздались аплодисменты, и молодой человек вернулся из мира поэтических грез. Вновь заиграла музыка, но девушка спустилась со сцены и прошла в зал. Чарльз некоторое время следил за ней, но быстро потерял из виду. Взяв с подноса следующий бокал, он откинулся на подушки, лениво прислушиваясь к разговорам сидящих рядом девушек.
Одной из них была Мэй, одетая в шикарное темно-красное платье с высоким разрезом до бедра. На бледной шее таинственно поблескивало колье с небольшим каплевидным рубином по центру. Она задумчиво крутила его, а Чарльз любовался тем, как ее тонкие пальцы касаются острых граней. Рубин сиял и переливался в царившем полумраке. Возле нее сидела стройная блондинка в изумрудном платье с глубоким декольте, которое прекрасно подчеркивало фигуру. Она кивнула в сторону танцующих гостей и что-то сказала собеседнице. Та загадочно улыбнулась и прищурила глаза.