На этом месте молодой человек запнулся и позволил себе комментарий:
-Хочу отметить, что расположение дома весьма удачное, рядом с главной улицей, но в тихом, респектабельном переулке. Конечно, дом пустовал некоторое время и вам может потребоваться небольшой ремонт. Однако он по-прежнему красив. Постройка начала двадцатого века. Высокие потолки с лепниной, деревянные полы, старинная мебель… Но вы и сами все увидите.
Мистер Кавендиш немного смутился и продолжил:
-Также вы становитесь законным владельцем нескольких картин, двух бронзовых статуй и маленького секретера 19 века. Все это имеет внушительную стоимость и может быть продано с аукциона, если вы пожелаете. Вот тут я указал примерные цифры. Конечно, они могут варьироваться, но не слишком.
Адвокат быстро взглянул на девушку и, заметив ее вытянувшееся лицо, настороженно уточнил:
-Мисс Мюрье? Вам плохо?
-Что? Нет. Я просто…немного удивлена! – обескуражено проговорила девушка. – Эм…Новости довольно ошеломляющие.
Мина взяла протянутый документ и пробежала глазами. Разумеется, она уже читала краткую выдержку из протокола, составленную в официальном уведомлении о наследстве. Но полный список, включая деньги и дом, оказался тем еще сюрпризом. Особенно если учесть, что в их семье дядюшка Кольбер всегда слыл милым чудаком, неспособным к коммерции. Откуда такие доходы, а тем более предметы старины, девушка могла только догадываться.
-Я бы хотела сегодня осмотреть наследство. Если это возможно, - медленно проговорила Мина, не до конца веря в происходящее.
-Разумеется. Вам нужно подписать несколько документов. Картины и прочие предметы искусства находятся в банковском хранилище. Для того, чтобы получить к ним доступ, придется немного подождать, пока не закончатся все формальности по вашему вступлению в законное наследство.
-Да, я понимаю, - кивнула девушка. – Сколько примерно времени это займет?
-Несколько недель, может, немного меньше. Мы, со своей стороны, постараемся оформить документы как можно скорее, - серьезно ответил мистер Кавендиш. – Если желаете, я могу порекомендовать вам несколько аукционных домов, которые с радостью примут картины.
-Нет, нет, большое спасибо. Я пока не собираюсь ничего продавать.
-Конечно. Тогда подпишите вот здесь и на следующих нескольких страницах, и я передам вам ключи от дома.
-Если вы не против, я бы хотела для начала прочитать их.
Мистер Кавендиш понятливо кивнул. Формальности заняли еще какое-то время. Несмотря на головную боль и усталость, девушка мужественно читала документы, пробираясь сквозь непонятную терминологию. С виду все казалось довольно просто и прозрачно, однако, как любила говаривать ее бабушка, «дьявол кроется в деталях». Мина не сомневалась, что где-то обязательно должен быть подвох.
-Скажите, я не слишком разбираюсь в подобных юридических тонкостях, однако я слышала, что существует налог на наследство. По крайней мере, во Франции он есть. Как насчет Америки? Мне бы хотелось знать точную сумму, которую я получу в конечном итоге.
-Такая же ситуация и в Соединенных Штатах, - подтвердил адвокат. – К сожалению, вы не являетесь гражданкой Америки, но в то же время учитывается ваше кровное родство. Поэтому налог будет составлять всего несколько процентов. Точная сумма вычета указана на странице 4.
-Я поняла, - кивнула Мина.
Ей хотелось поскорее выйти на свежий воздух. Все эти юридические моменты сильно угнетали. С одной стороны, эта история с внезапным наследством казалась чьей-то злой шуткой. А с другой, она очень не хотела быть обманутой. К тому же в голове постоянно всплывали наставления отца – вот он разбирался в законах и знал, как их обойти. «Всегда внимательно читай, что тебе придется подписывать!» - раздосадованно шумел он, когда Мину первый раз поймали на мелком воровстве, а она, по незнанию, подписала какой-то документ, любезно подсунутый французскими жандармами. С тех пор прошло немало лет, но эта фраза была словно высечена на камне в глубине ее сознания.
Дочитав до конца и не обнаружив ничего подозрительного, Мина оставила много подписей. Адвокат, в свою очередь, передал ей ключи - массивные, будто сделанные из бронзы. На вид им было не меньше ста лет.