-Пойдем, прогуляемся. Ночные променады несказанно бодрят и, возможно, разгонят даже твою застоявшуюся кровь.
Мужчины медленно вышли из парка и направились обратно в центральные кварталы. Общались они в основном на отвлеченные темы. Каждый думал о чем-то своем. Так они прошли несколько улиц, когда внезапно Алистер оступился. Грязно выругавшись по-ирландски, он ожесточенно отшвырнул лежащий на тротуаре булыжник. Камень с легкостью взмыл в воздух и отлетел на добрую сотню метров, разбив окно какого-то магазина напротив.
-Что случилось? – поинтересовался Рене, останавливаясь.
Алистер гневно поднял ступню и осмотрел свою обувь.
-Отвратительно! – воскликнул он. – Ты только взгляни на это!
Он продемонстрировал собеседнику правую ногу. В каблуке его остроносых сапог образовалась дырка. Мужчина гневно коснулся подошвы и она с неприятным звуком отделилась от остальной части сапога.
-И это называется их хваленое качество?! – то и дело переходя на ирландский, ругался Алистер. – Предыдущие сапоги, выкроенные голландскими мастерами, я носил около века, и они выглядели превосходно!
Рене беззвучно рассмеялся и покачал головой.
-Ничего смешного не вижу! – прошипел Алистер.
-Друг мой, ты оказался в потребительском веке, когда количество в разы превышает качество товара. Поэтому не стоит удивляться, что эти сапоги оказались так недолговечны.
-Да уж. Теперь придется искать новые. Отвратительно! Ненавижу делать покупки!
Все еще ругая ненавистную обувь и тех бракоделов, которые ее пошили, Алистер продолжил путь. Рене, посмеиваясь, пошел за ним следом.
-Советую обзавестись личным портным и сапожником, - предложил он. – Сэкономишь себе много времени и усилий.
-Никогда таким не занимался и теперь не стану, - буркнул Алистер.
-О, прости. Я совсем забыл, что ты не привык к подобному комфорту, - сказал Рене, взмахивая рукой. - Но в былые времена у всякого уважающего себя господина имелся личный портной, и, непременно, самый лучший в городе. Ведь от внешнего вида зависело многое. Не то, что сейчас.
Алистер резко остановился и хмуро посмотрел на собеседника. Рене продолжал улыбаться, излучая спокойствие и искреннюю доброжелательность.
-Все-таки привычка – это вторая натура. И даже после смерти мы остаемся теми, кем были при жизни.
-Пожалуй, - угрюмо ответил Алистер. – Некоторые вещи не меняются. «Например, твой снобизм», - мысленно добавил он. - Видимо здесь наши пути разойдутся. Меня ждет несколько важных дел, которые не терпят отлагательств.
-Конечно, - согласился Рене. – Нам есть о чем подумать, не так ли?
-Определенно.
-Что ж, тогда до встречи, друг мой. Надеюсь, что она вскоре повторится.
Алистер молча кивнул и, не оборачиваясь, направился в левую сторону, практически сразу свернув в переулок. Внутри него кипело раздражение: «Личный портной? Ну, разумеется! У него наверняка еще и камердинер остался. Какой-нибудь старик, подсаженный на кровь, совершенно безумный и бестолковый. Нет уж, дорогой друг, мир изменился. И ты в нем являешься лишь извращенным пережитком викторианской эпохи».
Алистер быстро шел по грязной улочке, расшвыривая мусор и не обращая внимания на недовольства нищих, спавших по бокам на картонных коробках. Оторванная подошва с мерзким звуком хлопала по ступне, замедляя движение. Завернув за угол, он налетел на какого-то пьяного байкера, державшегося рукой за металлическую решетку.
-Ну, ты, мудень! – рявкнул мужчина ему вслед. – Глаза протри!
Алистер грубо оттолкнул его в сторону, мельком взглянув на шатающееся тело. Прищурился и замедлил шаг. Байкер был примерно такого же роста и комплекции, только более округлый в районе живота. Он горланил какую-то песню и мочился на мусорный бак. Заметив, что его сапоги пристально рассматривают, он отвлекся и хрипло пробурчал:
-Ты чего, чертов извращенец? Я тебе сейчас всю рожу твою бледную разукрашу!
-Хм, - задумчиво протянул Алистер, аккуратно скидывая сумку на мусорный пакет. – Заманчивое предложение. Кстати, у тебя какой размер ноги?
-Чего? – заревел мужик, застегивая ширинку и поднимая кулаки.
В следующий момент тело с шумом ударилось о стену напротив. В кирпиче образовалась трещина, куски штукатурки посыпались на мокрый асфальт. Алистер отряхнул руки и начал стаскивать с бесчувственной туши понравившуюся обувь. Несмотря на общее пренебрежение правилами гигиены, сапоги были в отличном состоянии и даже подошли по размеру.
-Неплохо, неплохо, - проговорил он, делая несколько пробных шагов. – Что ж, вполне приемлемый вариант. Но старые мне нравились больше. А ты, придурок, отдохни тут в луже и подумай о своих манерах.