-Простите, мисс, если я вам наскучил своими длинными историями, - извиняющимся тоном проговорил мистер Дойл и повернулся к девушке. – Однако то время было действительно интересным…
-Нет, нет, ваш рассказ очень важен, - быстро ответила Мина. – Прошу, продолжайте.
-Что ж, - мистер Дойл улыбнулся и покрутил в руках свою чашку. – Как я уже сказал, мне хотелось, чтобы Джонатан получил этот значимый опыт. Я знал, что это произойдет, просто нужно дать ему немного времени. И вскоре он втянулся. Я был рад слышать, как ваш дядя хвалит нового помощника и советуется с ним по поводу своего исследования. Проведя несколько месяцев на раскопках в Аравийской пустыне, Джонатан прислал мне письмо, где сообщил, что уходит со своей должности и хочет посвятить жизнь полевой археологии. Я мог лишь порадоваться за него и подписал заявление. Мы продолжили тесное сотрудничество с вашим дядей. Так прошло около полугода. Потом он увлекся какой-то сенсационной идеей, и мы несколько месяцев не общались. Он был настолько занят, что даже забыл о своей курсовой работе. Когда я позвонил ему и напомнил о том, что он вскоре должен представить ее в полном виде, он лишь отмахнулся. Сообщил, что он как никогда близок к открытию чего-то грандиозного и не может отвлекаться.
-Полагаю, вы говорите о посохе святого Антония? – предположила Мина.
-К сожалению, да, - вздохнул мистер Дойл.
-Вы совсем не верите, что он существует?
Профессор немного помолчал, хмыкнул, а затем ответил:
-Скажем так, я никогда не встречал никаких упоминаний о том, что он реален. И не очень-то полагался на те источники, которым так доверял ваш дядя. К тому же, если учесть, что они были добыты нечестным путем.
-Что вы имеете в виду? – не поняла Мина. – Дядя что-то украл?
Мистер Дойл всплеснул руками и вздохнул:
-Он назвал это «взять взаймы». Я был искренне разочарован его мальчишеским поведением. Он знал, что этот текст нельзя выносить из хранилища. А тем более подбивать на воровство Джонатана.
-Я не совсем вас понимаю, - нахмурилась Мина.
Старый профессор тяжело вздохнул:
-Собственно, из-за этого мы и поругались. И хотя я знал, что текст находится у него, он все равно отказывался его вернуть. Дурацкое ребячество! - продолжил он, качая головой. Затем, заметив недоумение на лице собеседницы, добавил: - Ах, простите. Я должен пояснить, хотя мне совсем не хочется порочить его доброе имя. Я знаю, что у него не было дурных намерений, но поступать так он не имел никакого права! Он воспользовался нашей дружбой и сильно огорчил меня.
Мистер Дойл опять замолчал. Выглядел он раздосадованным и явно сожалел о своем решении начать этот рассказ.
-В общем, когда я, наконец, узнал, чем так сильно увлекся ваш дядя, то был сильно изумлен. Неужели он решил потратить свое время и средства на погоню за мифом? Для меня это было сродни поискам Атлантиды или золотого города Эльдорадо. Нет, даже эти места казались реальнее, чем устные предания монахов. И вот однажды я вскользь упомянул, что в нашем хранилище лежит рукопись, очень похожая на жизнеописание святого Антония, хотя тогда мы еще не были уверены в этом и не проводили никаких точных анализов. Эту рукопись доставили нам из одной успешной экспедиции в числе других найденных реликвий. Ваш дядя загорелся идеей оценить эту рукопись, но я не мог позволить ему вынести ее из хранилища. Это требовало слишком больших бюрократических проволочек и кучи документов, так как я был ответственен за все реликвии, находящиеся в музее и хранилище. Поэтому я отказал ему в просьбе. Через неделю один из моих ассистентов, который работал с новыми экспонатами, сообщил, что в хранилище произошло странное происшествие – когда он разбирался с последними находками, он заметил, что рукопись подменили, а в журнале посещений одним из последних значился Джонатан. Представить себе не могу, как он ухитрился пройти мимо охраны. Возможно, сделал себе дубликат удостоверения, ведь он уже несколько месяцев у нас не работал. Наверно, они надеялись, что успеют разобраться с документом и вернуть его в хранилище до того, как о пропаже станет известно. Даже не знаю, каким образом ваш дядя уговорил Джонатана на эту авантюру!
Конечно, я сразу же понял, что произошло. Позвонил мистеру Дюрану и сказал, что знаю о краже и потребовал, чтобы он немедленно вернул украденную рукопись. Но, к моему величайшему удивлению, Кольбер попросил у меня еще несколько дней для окончания своего исследования и пообещал, что все, что он найдет благодаря этой информации, он подарит нашему университету. В его голосе звучал такой энтузиазм и напористость, что я, к моему стыду, разрешил ему придержать рукопись.