Мы переглянулись, что делать в таком положении мы не знали, но провоцировать призрака не хотелось. Я решил действовать, не спеша подошел и стал перед ним. Он меня не замечал и продолжал читать, затем напрягся и с явно большим трудом перевернул страницу.
– Кхе-кхе, – привлек я внимание призрака. Он отвлекся и посмотрел на меня. – Добрый вечер.
– Молодой человек, вы в библиотеке, потише, пожалуйста, – он сердито прищурился.
– Прошу прощения.
– Что? У меня со слухом проблемы.
– Простите, говорю!
– Не кричи, ты в библиотеке, – сделал он мне замечание. Вот бездна. Библиотекарь попался.
– Извините, – сдержался я. – Я Морроу, а вы кто есть?
– Приятно мне знакомство с вами младой люд, – кивнул старик. – А я… забыл уже… – задумался призрак. – Максис вроде звали когда-то, – неуверенно ответил он.
– Тоже приятно познакомиться, – кивнул я. – А что вы тут делаете?
– Как что? – удивился призрак. – Слежу за библиотекой, – гордо заявил он. – Только вот, – он осунулся. – Тяжело читать последнее время… Даже не знаю почему.
– Может, потому что вы мертвы? – предположил я.
– Хммм, – он потер подбородок, замолчал на минуту. – Тогда понятно, почему страницы так сложно переворачивать.
Офигеть, он, что не понял, что мертв? М-да. Грибы тут явно сильные. И, похоже, священники тоже ими пользовались.
– Отец Максис, – к нам подошел Игнатий. – Вы умерли еще лет сорок назад. Почему вы до сих пор тут.
– А раньше сказать не мог? – прошипел я на святошу. Тот только шикнул на меня. Гад.
– Да? – удивился призрак. – Я как-то не заметил. Работаю тут давно уже.
– А вы тут никого не видели в ближайшие годы?
– Ну, так приходят иногда. Читают, – задумался он. – Вот Елена была несколько раз. Милая девочка, вежливая и книжки на место всегда ставит.
– Она была тут? – удивился священник. – Как она сюда вошла?
– Так входов то полно. Вот, из деревни проход есть. Иль думаешь, ты, что церковь просто так построили у черта на рогах и удобного способа пути не придумали? – усмехнулся Максим.
– Логично, – буркнул он.
– Уважаемый, а не подскажите ли, что она читала? – спросил я.
– Конечно, – кивнул он и поднялся в воздух. – За мной…
Он полетел на второй этаж. Мы поспешили следом, забежали по лестнице и пошли между стеллажами книг. Идти оказалось недолго и вскоре мы пришли к небольшому столику, рядом с которым стояла свечка. Мне темнота не мешала, а вот остальным пришлось подносить свет к столу. На нем лежала большая книга в сером кожаном переплете. А я уж подумал, будет в черном из человеческой кожи, ну штамп мистический. А то уж тут все сильно на нервы мне действует.
– Часто читала она это, – сказал призрак. – Увы, я даже коснуться книги не могу.
– Ясно, благодарю, – кивнул я, дух исчез. Я же осторожно открыл книгу, мало ли что. Эта была рукопись, но языка я не знаю. Беда. – Что скажешь, Игнат?
– Не называй меня Игнатом! – огрызнулся он.
– Тогда посмотри, – ткнул я в книгу.
– Без понятия.
– От тебя никакой пользы, – фыркнул я.
– А не пойти ли тебе…
– Анвийский, – прервал его тираду хоббит. Мы все повернулись к полурослику. – Что? – удивился он. – У меня батя путешественником был. Он так с гномами однажды полмира облетел, потом многое рассказывал. А языков много знал.
– С гномами? – обалдевал я. Эта локация меня убьет.
– Ага, – радостно закивал он. – Вот Анвийский язык он нам и преподавал. Ну и еще парочку.
– И что это за язык?
– Ну, это старый язык Анвов, народа живущего на Континенте Полумесяца. Там была такая империя до Арканфеля. Говорят в веке Потемнения, их стерли с лица маги. А место их заняли Арки.
– Понятно, – офигеть какой образованный хоббит нам попался, святоша думал примерно так же. – А ты можешь прочесть, что тут написано? – обратился я к нему.
– Попробую, – хмыкнул и подошел к книге. – Видно плохо.
– Вот, – я дал ему очки.
– Спасибо, – одел и с улыбкой приступил к чтению. Полезная вещь, однако, пригодилась.
Он начал что-то бормотать на незнакомом языке. Через пять минут листания книги он закрыл ее и вернул мне очки.
– Все понять я не смог, тут терминов чума просто. Но суть… – задумался он. – Короче, говорится он о принесении в жертву пяти темных, сосуде и что-то о воскрешении. Потом вообще про плоть света для богов тьмы. Книга вообще только о смерти и талдычит.
– Пяти темных? – задумался Игнат. – Именно столько было темных среди пропавших. Неужели Елена все это сделала для воскрешения своего брата?
– Ой, хватит тупить, – вздохнул я. – И так ясно, что тут много вопросов к самой вашей Церкви.