— Братья, — проговорил по воксу Домициан, когда неожиданное прозрение коснулось изничтожителей и апотекария.
Одна из теней возникла прямо посреди отделения. Она была рослой, как и окружавшие ее примарисы, и по всем правилам не могла двигаться настолько тихо и незаметно. Доспехи, во многом схожие с теми, что носили другие Ультрамарины, имели более обтекаемые формы, обычная тяжелая броня типа X была отвергнута ради бесшумности, черных сервопучков и изогнутых керамитовых пластин, охватывавших бедра, тела и руки воинов. Но самым впечатляющим оказался шлем, лицевому щитку которого было придано подобие ухмыляющегося белоликого черепа с контрастными кроваво-красными глазницами, в которых горели пронзительные линзы авточувств. Все это напомнило Поликсису о брате.
— Брат-сержант Север, — проговорил он. Головорез слегка наклонил голову, а голос, исходящий из вокалайзера маски смерти, напоминал холодный шепот.
— Брат-апотекарий, я прибыл забрать вас.
— По счастливому стечению обстоятельств? Или же вас послал капеллан Кастор?
— Я получил приказ, — спокойно ответил Север. — Нам следует поспешить, пока чужаки не окружили нас снова.
Поликсис посмотрел на поддерживаемого братьями по оружию Трайона. Апотекарий не сомневался, что, несмотря на продвинутый метаболизм примариса, изничтожитель с трудом справляется с болью в переломанных ногах. Затем Поликсис повернулся к Домициану. Сержант держал на руках тело Лаврента, и сервоприводы скрежетали, компенсируя значительный вес примариса.
— Мы готовы, — сказал он.
— Я могу извлечь прогеноиды на месте… — начал Поликсис.
— Он будет с нами, апотекарий. Давайте убираться отсюда, пока не пришлось жертвовать чем-то еще большим.
Головорезы Севера оставались едва различимыми силуэтами в окружающих тенях, изредка освещаемыми дульными вспышками тяжелых болт-пистолетов. Они прикрывали изничтожителей, пока те уходили на северо-восток, — неясные, почти невидимые тени, несущие быструю смерть всему, что встречалось у них на пути. Поликсис не заметил, как Север вновь оставил изничтожителей, попросту исчезнув из рядов потрепанных Ультрамаринов. Звуки болтерных выстрелов справа стали чаще, сопровождаемые хлестким треском лазерных лучей.
— Это что, «Экстремис»? — вслух задался вопросом Домициан. Поликсис всмотрелся в систему символов на карте дисплея, и одного взгляда хватило, чтобы понять, что принадлежащий полуроте гравитанк типа «Репульсор» действительно находился к востоку и двигался в противоположном от них направлении. — А с ним и капитан Деметр! — громко сказал он. — Похоже, он… организовал контрнаступление на орочью орду.
— Это безумие! — откликнулся Домициан. — Его же задавят числом.
— Нам приказано было продолжать отступление, — вмешался по воксу Север.
— Капитан выигрывает нам время, — проговорил Поликсис. — Орки стекутся к нему, а к «Экстремису» и подавно.
Он чувствовал внутреннюю борьбу сержанта Домициана. Изничтожители сейчас располагались к капитану ближе всех из примарисов и могли оказать ему поддержку. Однако скрытые за контратакой Деметра мотивы были ясными — он позволял им отступить. А у них действительно были свои приказы.
— Продолжаем движение на северо-восток, — наконец сказал сержант. — Держать строй и следить за флангами. И да пребудут с капитаном примарх и Император.
НОЖЕШРЯМ
Ножешрям наблюдал, как громилы-клювастые скрываются за завесой пыли. Он хранил молчание, но его круглая морда, испещренная шрамами, ясно выдавала смесь злобы с некоторой толикой неуверенности.
Камандасы орков пронюхали про нападение клювастых за считаные мгновения до его начала — ни сам Ножешрям, ни его самый здоровый ноб, Мрачназуб, не сталкивались с тем, чтобы синие байцы раньше действовали настолько скрытно. К счастью, Мрачназуб в последнюю минуту прознал про контрнаступление, и Ножешрям приказал парням не лезть на рожон. Он не собирался губить байцов в бою против ватаги старого клювастика — для этого были другие, те, что тащились пешедралом.
Поэтому камандасы остались в стороне, а их жертва тем временем ускользала прочь посреди завалов и ночной тьмы.