Пока лазерные пушки «Репульсора» изрыгали лучи голубой энергии в пылевую завесу, а тяжелые болтеры продолжали громыхать, Деметр с остальными двинулись вперед, чтобы прикрыть фланги гравитанка, держась плотным строем по бокам от тяжелой машины. Чуть позже, когда первые зеленокожие вскарабкались на завалы, отряд Тирона пустил в ход свои перчатки-огнеметы.
Пылающий прометий удерживал чужаков на расстоянии в течение обжигающе долгих минут, и те ксеносы, что, спотыкаясь, вышли из горящего ада, напоминали головешки и были жестоко изувечены штормболтерной перчаткой Деметра или его силовым мечом. Ауспик показывал тысячи вражеских сигнатур, приближающихся с юга, востока и запада. Как и надеялся Деметр, перспектива настолько яростной схватки — даже не учитывая присутствия «Репульсора» — стягивала к ним толпы орков со всех сторон на расстоянии нескольких километров.
— Всем подразделениям продолжать отступление! — проговорил в вокс капитан.
Связь начала сбоить: разрыв между ними и остальной частью Фульминаты неуклонно увеличивался. Продолжавшие передавать сигнал радиомаячки показывали, что отряды отходят на север и восток к окраинам Шевата. Какой части Гвардии удалось отступить вместе с Астартес, сказать было невозможно, однако вспышки боевых действий на импульсной карте постепенно смещались на восток прочь от Горгоны. Лишь на юге пламенела точка, сконцентрированная вокруг оплота сопротивления Деметра.
— Танкобои на востоке! — затрещал в канале голос брата Торра, и едва отзвучали его слова, как помятого вида снаряд по спирали пронесся сквозь черный дым и пламя, сдетонировав над «Репульсором» и осыпав синий корпус шквалом металлических осколков. Почти сразу за ним последовала вторая ракета, на волосок разминувшись с носовой частью танка и унесшись прочь сквозь дым.
— Брат Юкс, — обратился по воксу Деметр к одному из братьев.
Символ агрессора согласно моргнул, и тяжелобронированный примарис расширил огненный заслон к востоку, захватив орочьих танкобоев в радиус действия своих хищных и голодных огнеметов. Закопченные сопла его оружия были раскалены добела, а воздух стал невыносимо тяжелым от черного дыма и вони обугленной плоти и расплавленных внутренностей. Авточувства капитана фиксировали, что температура снаружи приближается к тысяче градусов, и даже гордые синие эмблемы, украшавшие прочные керамитовые пластины агрессора, начали покрываться пузырями и чернеть.
Из огня, пошатываясь, выступил орк, с ног до головы объятый пламенем, — он яростно ревел, даже когда дым разъедал его легкие. Короткий и сильный рубящий удар меча Деметра отделил его голову от тела, и та, кувыркаясь, улетела прочь; тело же тяжело ударилось о доспех космодесантника, а затем распласталось на дочерна опаленных обломках под его ногами. Скир находился за спиной Деметра, между капитаном и передним верхним наклонным броневым листом «Репульсора» — искусственная ткань знамени обеспечивала невосприимчивость к возгоранию даже при таких высоких температурах. Развернувшись к сине-белому полотнищу с навершием в виде золотой молнии Фульминаты, капитан внезапно ощутил ослепительный прилив гордости. Каждое мгновение, которое это знамя еще реяло, спасало новые и новые жизни. Не существовало более высокой цели, ради которой стоило бы служить гордому знамени.
Словно отвечая на его мысли, на фоне пульсирующих гравидвигателей «Репульсора» раздалось несколько звериных воплей. Взгляд на встроенный в перчатку ауспик подсказал Деметру, что с юга стремительно приближается новый клин наступающих.
Сквозь огонь, полыхающий перед строем передового отряда, прорвались тени, не обращавшие внимания на окружающий их жар. Деметр тут же понял, что они были телохранителями какого-то могущественного главаря зеленокожих, — тени принадлежали громилам с гипертрофированным туловищем, и каждый тащил оружие, которое их меньшим собратьям едва ли удалось бы поднять. Мысли капитана получили подтверждение, когда мигом позже сквозь пылающий ад пронеслась еще более крупная фигура, под поступью которой задрожала земля.
Капитан сразу узнал его по разведсводкам и оперативным совещаниям, проведенным, когда они впервые прибыли в боевую зону Икары, — это был Ургорк, эксцентричный лидер, повелитель «Вааагха!» и зачинщик разрушений в прилегающих системах.
Учиненные агрессорами пожары осветили его чудовищное тело — словно собранные из лоскутов конечности и извилистые швы, сетью пролегшие по большей части обнаженной плоти. В каждой лапище Ургорк держал по огромному, зловещего вида клинку, и, когда он бросился сквозь пламя, взгляд его мелких злобных глазок уставился прямо на лицевой щиток космодесантника. Он указал на него одним из своих тесаков и гаркнул что-то на чуждом языке, в то время как окружавшие его телохранители ринулись к агрессорам, молотя по опаленным доспехам типа «Гравис» своими тесаками и цепными топорами.