За спинами этих двоих Поликсис увидел, как из завесы выбежало еще больше орков с ощеренными пастями и занесенным для нападения оружием. В его же собственном тылу имперских резервов категорически не наблюдалось.
И поэтому, стиснув зубы, он продолжил сражаться.
КАСТОР
Сальве Император раскроил череп первому орку, прорвавшему имперскую оборону Хребта-один.
Кастор взревел и ударил ногой скорчившегося мертвеца прямо в живот, отправив того навстречу другим зеленокожим, следовавшим за ним по пятам. По обе стороны от него заступники Класта переключились на болт-пистолеты, цепные мечи или гладии.
— Во имя бессмертного Императора и вернувшегося примарха, убейте их! — крикнул Кастор, когда его крозиус окутали разряды энергии. Боек булавы в виде черепа раздробил рукоять топора другого орка, что пробирался по пеплу и крови. Не встретив сопротивления, удар превратил его морду в кашу и разнес в щепки клыки, пока тот вопил в безрассудной чужацкой ярости.
Завершив смертоносный удар, Кастор достал «Оправдатель», крепко сжимая в перчатке тяжелый болт-пистолет, и каждый громогласный выстрел внушал зеленокожим такой же страх, как изрекаемые капелланом боевые молитвы. Но орки продолжали наступать, топча своих павших и раненых, — казалось, будто они не способны ни на что, кроме как бросаться грудью на укрепления людей.
Впрочем, Кастору ничего другого и не хотелось.
Грубо собранный цепной меч врезался в правый наплечник капеллана и со скрежетом металла и снопами искр прошелся по черному керамиту. В это же время шальная пуля угодила ему в шлем, срикошетив и отбросив его голову влево. Капеллан мгновенно оправился и, прорычав молитву возмездия за свою силовую броню, вновь обрушил на чужаков Сальве Император. Многие орки пали пред его яростью — брызги мозгового вещества и осколки костей запятнали его одеяния и стекали теперь со стилизованной грудной клетки на нагруднике. Он двинулся вперед к краю того, что осталось от укреплений, оказавшись среди разорванных мешков с песком и изломанных тел фэбёрнских Покорителей и собирая обильную жатву своим крозиусом арканум. Но чужаки не унимались, вопя и хрюкая, а их глаза полыхали маниакальным безумием. Они думали лишь о смерти, боли и ранах. Они жаждали сражаться, и Кастор с молитвой на устах приветствовал всех и каждого.
В конце концов именно Гвардия, а не Ультрамарины закрыла брешь.
Отряд пиранских ветеранов, включая три расчета, вооруженные тяжелыми огнеметами, атаковал с юга, окатив струями жидкого пламени ватаги, пытавшиеся силой ворваться в пролом. Рев зеленокожих сменился мучительными воплями, когда их плоть обуглилась, а внутренности превратились в жижу, и с клубами черного дыма по воздуху разнесся тошнотворный смрад горелого орочьего мяса.
Кастор свернул шею объятому с ног до головы пламенем орку, слегка приподнял чужака — пламя облизнуло его черную латную перчатку, — а затем столкнул его вниз по хребту. Перед брешью образовалась стена огня, внутри которой корчились обугленные силуэты горящих чужаков. Кастор едва сдерживался, чтобы не броситься сквозь пламя и не вступить в схватку с находившимся за ним врагами, и посему заставил себя отступить и деактивировать булаву. По обе стороны от него Класт и заступники, удерживавшие вместе с ним пролом, — Фадий, Энерас и Квир — были с ног до головы залиты орочьей кровью, а их доспехи покрыты вмятинами и засечками. Они усеяли полуразрушенные остатки укреплений трупами зеленокожих, а гладии и зубья цепных мечей были перепачканы внутренностями чужаков. Имперским гвардейцам, отправившимся вернуть позицию под свой контроль, пришлось идти по телам орков, чтобы сформировать новую огневую группу.
— Мы зачистили пятую секцию, — сообщил Кастор по воксу Тирану, пересылая сообщение по командным каналам Астра Милитарум. — Меняю позицию.
Он обратился к Класту и его трем заступникам, бегло обменявшись с ними рукопожатиями.
— Вы славно сражались, братья! — провозгласил он. — Здесь и сейчас мы выполнили угодное Императору дело. Удерживайте эту позицию.
Пока полыхающее пламя дало примарисам временную передышку, капеллан, взглянув на радио локационную карту на внутришлемном дисплее, понял, что по всей остальной длине рубежей все складывается не лучшим образом. Карты и изображения никогда адекватно не отображали весь хаос полномасштабного сражения даже в режиме реального времени, однако согласно доступной информации более половины состава имперских резервов были отправлены к брешам по всей протяженности Хребта-один. Четыре из пяти боевых отделений Фульминаты сражались врукопашную или только-только вышли из нее. Только изничтожители Домициана не давали подступиться штурмующим их участок зеленокожим, беспримерной мощью своего плазменного оружия уничтожая ватаги так же быстро, насколько они появлялись.