От того, что они оба наполняли меня, тяжело дышали, трахали, хрипели, от языка Рорка в моем рту, и от зубов Джесси на моем плече я погрузилась в изумительное состояние опьянения. Мои соски до боли сжались, мышцы окоченели, и все мое тело расплавилось в их руках, как горячее масло.
Тесные тиски моей киски прижимали их друг к другу, но по мере того, как они продолжали толкаться, погружаться глубже, двигаться жестче, они сбились с ритма. Спешка заменила сосредоточенность, искусность превратилась в свирепое траханье, и Джесси выскользнул. Он втиснулся обратно и спустя несколько мощных толчков снова выскочил.
— Дерьмо, — он сдвинулся позади меня, поудобнее устраивая колени на кровати. — Помедленнее, блядь.
Рорк застонал мне в рот.
— Твою ж мать, парень. Я и так еле тыркаюсь.
Джесси жестким рывком погрузился в меня. Гортанный, удовлетворенный рык рокотом раздался в его груди, и он толкнулся бедрами, вминаясь глубоко, толкаясь, отстраняясь, погружаясь, издавая стоны и…
Я завопила, когда резкой толчок его члена пришелся прямо по коже перед моим входом.
— Блядь! — он отодвинулся, и матрас спружинил, когда он подполз ко мне сбоку.
Я повернула голову, следя за звуком его тяжелого дыхания.
— Что ты…?
Он протолкнул член между моих губ. Запустив руку в мои волосы и упираясь коленями возле головы Рорка, он стал трахать меня в рот агрессивными толчками, распространяя терпкий вкус моей киски по моему языку.
Когда движения Рорка ускорились, я распластала ладони по его груди и принялась жадно сосать, водя языком по стволу Джесси. Чавкающие звуки моего рта сливались с липкими, влажными звуками врывающегося члена Рорка. Я сжала мои внутренние мышцы, и Рорк застонал, еще усерднее задвигав бедрами и ускорив свой темп.
Мое лицо было повернуто в сторону, и Джесси погрузился до самой стенки горла, так что я не могла видеть Рорка, но он-то меня видел. Он наблюдал, как мои щеки втягиваются от силы моего сосания. Водил пальцем по моему рту, пока толщина Джесси размыкала мои губы. Трахал меня, пока яйца Джесси находились в считанных дюймах от его лица. И нежно прикоснулся к моему подбородку, дернув бедрами, когда член Джесси выскочил, весь покрытый моей слюной.
Я провела плоским языком по венам, которые очерчивали длину Джесси, и опустила голову, чтобы поводить носом по чувствительной нижней стороне, поглядывая на него через ресницы.
— Ты правда кончил Рорку в рот?
Рорк замер, и его подернувшиеся дымкой глаза прищурились, глядя на Джесси.
Джесси крепче сжал мои волосы в кулаке и поводил бедрами по кругу, задевая распаленной головкой эрекции мои губы.
— Я хотел трахнуть твой рот.
Я подразнила его деликатную щелочку кончиком языка, смакуя солоноватую жидкость.
— Отвечай на вопрос.
— Я уже сказал, что это правда, — произнес он низким и хриплым голосом.
— И сколько раз?
— Всякий раз, когда он брал меня в свой беспардонный рот.
Прилив развратного жара собрался между моих ног. Боже, как бы мне хотелось это увидеть.
Джесси нежно погладил меня по щеке большим пальцем, сердито глядя на Рорка.
— Он не знает значения слова «нет».
Рорк протянул руку и обхватил пальцами член Джесси.
— Скажи мне «нет» прямо сейчас.
Не выпуская моих волос из одной руки, Джесси другой ладонью схватил Рорка за подбородок.
— Нет.
— «Нет» в смысле ты не скажешь мне «нет»?
— Нет, — каркающий шепот, словно выдавленный на поле битва, где первобытная нужда сразилась с нежеланием и победила его.
Твердая длина Рорка дернулась во мне.
— Хорошо.
— Что? — я перевела взгляд между ними. — Что вы делаете, парни?
— Мы общаемся, дорогая, — вопреки хватке Рорка, Джесси сунул член мне в рот и заткнул меня, сердито глядя на другого мужчину. — Я всегда буду говорить «нет».
— Я так понимаю, «нет» всегда будет означать «да», — Рорк вытащил Джесси из моего рта и крепко сжатым кулаком погладил его набухшую длину. — Скажи это еще раз.
В глазах Джесси вспыхнул вызов, на каменном подбородке подергивался мускул.
— Нет.
Рорк обхватил губами головку члена Джесси. Возбудившись до безумия, я смотрела, как он лижет, а потом посасывает длинный ствол. Затем, заглотив Джесси полностью, он вновь задвигал бедрами, трахая меня и работая ртом, закрыв глаза, пока его ладони стискивали меня до синяков.