Я посмотрела обратно на дверь, и мои мышцы окоченели. Рорк был там, один.
— Какие еще хищники были в заповеднике?
— Самка гепарда, — Ши копалась в другом шкафчике. — Она была старой. Вполне безвредной. Сомневаюсь, что она прожила хоть неделю. Несколько аллигаторов. Змеи. Вот и все.
Я задрожала, подумав о водоеме, в котором купалась.
Через тридцать минут Рорк вернулся с охапкой коробок и пакетиков. Дарвин проспал все тыканье, уколы и зашивание Ши. Я чувствовала, что мое стояние над душой ее раздражало, и она отказывалась давать мне определенный ответ по поводу его шансов на выживание.
Мое тело вибрировало от беспокойства и ужаса, руки дергались от беспокойства. Я протянула ладонь и сжала пальцы Ши, когда они мягко погладили шерсть на копчике Дарвина.
— Спасибо тебе. За все.
Она улыбнулась.
— Он боец, — ее глаза сверкнули. — И я тоже. А теперь дай мне немного пространства.
Пространства? Я хотела находиться прямо здесь, дышать ей в шею и создавать еще больше давления. Я прерывисто вдохнула через ноздри, что сделало меня лишь еще более нервной и гиперактивной.
Блядь, я слетала с катушек, мои блядские глаза жгло, в горле вставал ком. Если я пробуду здесь еще хоть секунду, глядя, как Дарвин тяжело дышит от боли, я могу совсем выйти из себя.
Ши права. Ей нужна была свобода действий, без меня и моего надвигающегося срыва. А мне нужно было немного пространства подальше от Дарвина, чтобы собраться.
Я отвернулась, благодаря свои счастливые звезды за ветеринарные навыки Ши, и сосредоточилась на Джесси. Вот мое отвлечение.
Краешки его век блестели розовым от утомления, кожа вокруг них обвисла и потемнела. Я подозревала, что стена — единственное, что удерживает его в вертикальном положении.
Встав перед ним, я посмотрела ему в глаза.
— Тебе надо поспать.
Он фыркнул и отодвинулся от дверного косяка.
— Не бывать этому.
Я схватила карабин и спальный мешок и протолкнулась мимо него наружу, уверенная, что он последует за мной. Не дай Бог я выйду из его поля зрения.
Подошвы моих стоп ныли, пока я раскатывала спальный мешок на крыльце, затем плюхнулась на него, устроившись на спине, эмоционально осушенная и ментально встревоженная.
Дождь прекратился, оставив облако влаги, повисшее под черным небом. Тля не рискнет вылезти, пока земля не просохнет. У нас было несколько часов на сон.
Дверь открылась и закрылась, когда оттуда выскользнул Джесси. Он пристроил свой лук возле меня, затем сделал то, чего я бы никогда не ожидала.
Опустившись на колени, он подполз, устроился между моих ног и опустился на меня. Его грудь тяжело легла на мой живот, а щека прижалась между моих грудей.
Мои ладони взметнулись к его волосам, убирая пряди от лица. Я подвинула бедра, расслабившись в комфортной позиции под его весом. Он ощущался так приятно, что я почти могла забыть о борьбе, которую Дарвин претерпевал внутри. Почти.
Джесси поднял палец и показал в темноту.
— Смотри.
Я проследила за его взглядом, мои глаза адаптировались к теням. Над пейзажем порхали сотни светлячков. Их светящиеся желтые маячки танцевали над всем полем — синхронность природы, пульсирующая в ритме песни, которой я не слышала.
Я никогда не видела столько светлячков водном месте, и я чувствовала себя так, будто стала свидетельницей волшебного фокуса, неожиданного баланса Матери Земли в таком жестоком мире.
Я наклонилась и поцеловала его в макушку.
— Прекрасно.
— Даже в смерти, — он кивнул на паутину, растянувшуюся между балками карниза здания над нами.
Паук пружинил в центре шелковистых нитей, сплетая нити вокруг пойманного светлячка, пока его ужин все еще пульсировал светом внутри прозрачного кокона.
Я задрожала, мои мысли метнулись к Дрону, Мичио и геному пауков, который они в себе несли.
— Ты поверил Мичио, когда он сказал, что трансформация, возможно, сделала его бесплодным?
Джесси положил руки под моими руками, и его голова отяжелела на моей груди, словно уютно прижавшись к моему сердцу.
— У него не было повода врать об этом.
Верно. Как бы сильно Мичио ни хотел ребенка, он не стал бы обманывать меня.
— Ты думал о… если Мичио вернется, если он тебя укусит… — мои мысли кружили вокруг этой идеи, мой разум бунтовал от одного лишь упоминания. — Он мог бы сделать тебя бесплодным.
При условии, что Мичио мог заставить других мутировать, как он сам, то он мог создать армию мужчин, чтобы сражаться с Дроном и убивать тлю. Звучало довольно круто, но всегда имелся минус. Могли ли те мужчины трансформировать других мужчин? Этот укус станет желанным, будет распространяться как заветная суперсила?