Люди на мосту поспешили за главным жрецом, думая, что у них будет шанс увидеть, как он совершает обряд, хотя они и не знали, в какой храм он их поведет. Это оставило Рена в странном одиночестве, что его вполне устраивало.
Мост закончился вторыми ториями, и, хотя Рен не почувствовал никакой разницы, он вздохнул с облегчением, зная, что теперь находится в самой священной части Японии. Исэ Дзингу располагался в излучине Исудзу, что делало реку барьером, отделяющим святилище от внешнего мира. Издалека это выглядело как обычный лес, но святость этого места становилась очевидной, как только человек в него входил.
Деревья росли высокими, большинство из них были прямыми, но их расположение не было случайным и не вызывало у пилигрима гнетущего ощущения посаженного людьми леса. Сотни послушников, мико и жрецов поддерживали чистоту на тропинках, меняли освещение в каменных фонарях, собирали листья, кормили кур, свободно разгуливающих по Исэ как посланцев Аматэрасу, и в целом поддерживали чистоту и безмятежность святилища, чтобы каждый чувствовал себя так, как, должно быть, чувствуют себя небесные ками в их царстве.
Следуя за верующими, Рен прошел мимо павильона тэмидзуя, где люди совершали омовение с помощью лестницы с водой, затем на сцену кагураден, которую мико тщательно подметала, готовясь к следующему танцу, который она — или одна из ее сестер — должны были исполнить. Поток путешественников ослаб, и Рен предположил, что продолжающаяся церемония, отвлекшая Осаму, проходит в ближайшем святилище, хотя он и забыл, какой дух там обитает.
Охотник продолжал идти. По Исэ можно было бродить часами, не натыкаясь дважды на одно и то же здание. Некоторые говорили, что территория Исэ больше, чем у большинства городов, но мало кто когда-либо открывал скрытую природу святилища.
Охотник прошел под еще двумя ториями, прежде чем поклонился у подножия лестницы, ведущей в главное здание Исэ, дворец Аматэрасу-Омиками, откуда Священное Зеркало Солнца Ками благословляло нацию. Главный зал располагался в центре сооружения, состоящего из четырех деревянных ограждений, и большинство посетителей даже не обратили бы на него внимания, находясь не ближе, чем за третьим барьером, в лучшем случае. Если бы они это сделали, то увидели бы сооружение на сваях из светлого дерева, которое было меньше, чем можно было бы ожидать от такого священного зала, но больше, чем большинство хондэнов в стране.
Крыша была самой примечательной частью здания, с ее золотым перекрещивающимся навершием и декоративными бревнами кацуоги, идущими перпендикулярно коньку крыши. Как и любое другое сооружение храма, зал перестраивался каждые двадцать лет, а этот был достроен два года назад и, таким образом, сохранил свежесть своей конструкции. Предыдущий, вспомнил Рен, потемнел и покрылся мхом, несмотря на все усилия жрецов, отвечавших за его содержание.
Рен пересек первые два барьера и, как и любой верующий, был остановлен у третьих ворот. Там он дважды поклонился, дважды хлопнул в ладоши и, убедившись, что поблизости никого нет, хлопнул еще три раза. По сигналу двери распахнулись, открывая охотнику главный зал.
Два жреца, стоявшие по обе стороны от входа в ограду, поприветствовали Рена, осыпав его горстями соли. Он ожидал этого, но все равно закрыл глаза и направился к зданию. Здесь находилось Яту-но Кагами, Священное Бронзовое Зеркало, которое Аматэрасу передала своему внуку, и которое затем перешло от ее внука к его правнуку, Дзимму, первому императору, которого тоже можно было найти в этом самом зале, но Рен проигнорировал их обоих и обошел здание. Ему нужно было идти дальше.
Никто не окликнул его, ни когда он открыл дверь в ограждении в задней части зала, ни когда он прошел через восемь прямых ворот-торий, отделяющих доступную для посещения часть Исэ Дзингу от Ясэки, тайны за зеркалом.
Мало кто когда-либо слышал о Ясэки, а если и слышал, то в форме слухов и полуоформленных теорий. Некоторые полагали, что это название тайной организации, ведущей нацию из тени, используя императора в качестве марионетки, как это делали некоторые сёгуны. Другие говорили, что на самом деле это была группа коррумпированных чиновников, использующих средства, пожертвованные святыням и храмам, для финансирования своего распутного образа жизни.
Все это было нелепо, но эти слухи неизменно вызывали улыбку на губах Рена. Тем не менее, во время своих путешествий, он услышал от пары человек, что Ясэки — это название духовной организации, распространенной по всей Японии, в которой обученные члены работают над борьбой с тьмой, угрожающей поглотить мир людей. Эти люди были правы и немного усложнили жизнь Рена, потому что их приходилось приглашать или заставлять замолчать. Чаще всего он выбирал первое.