- Если только ходы не завалило, - мрачно сказала Шейра.
- Да.
Хрис вдруг насторожился.
- Что это?
Дора прислушалась: из обгорелого здания слышалось пение.
- "Святая Равель, защитница, возьми нас к себе", - пробормотала она. - Это же погребальная песнь!
Шейра без слов подхватила арбалет и бросилась к дверям.
В коридоре пахло гарью: удушливый запах разъедал глаза. Стены, покрытые копотью, казались осклизлыми и чужими.
Дора закашлялась, остановившись у входа в зал. Внутри горели свечи. На деревянном возвышении под простыней лежали двое. Лиц она не видела, но заметила другое: толстый слой веревок обматывал оба тела. У стены стояли люди. Двое пели, держа у свечи тяжеленный молитвенник. Дора насчитала шестерых, пока ее взгляд не уперся в пожилую женщину, лицо которой закрывала полотняная полумаска.
- Что здесь происходит? - звонко спросила Шейра.
Пение стихло.
- Кто вы? - произнесла женщина. Из-под маски ее голос прозвучал приглушенно.
- Равелиты, - коротко ответила Шейра. - Кто вы?
Женщина подошла к ним. В пламени свечей ее лоб казался бледно-зеленым.
- Мои сыновья больны серой чумой, - сухо сказала она. - Уходите.
Ясен подошел к деревянному возвышению и откинул простыню.
- Они связаны, - сказал он. - И спят. Это сонное зелье?
- Да.
- Что вы хотите с ними сделать?
Женщина горько усмехнулась.
- Не дать им разнести заразу. Если бы святые братья были живы, моих сыновей бы приютили. А так им остается только умереть.
- Серая чума не заразна, - устало сказал Ясен. - Разве вам не говорили?
Женщина покачала головой.
- Я помню прошлую чуму. Мой муж заболел и умер, вернувшись от соседа. А соседскую семью подкосило, когда к ним заехал путник с пятнами на руках. Думаете, совпадение?
- В прошлую чуму так же было, - подал голос один из парней возле стены. Он держал в руках молитвенник. - Больных или в обитель несли, или сжигали. Думаете, нам их не жалко?
- Король Рилл жег чумные деревни, - жестко сказала женщина. - Регент, говорят, тоже не прочь. Сыновей мне жаль, но внуков жальче.
- Это вы похоронили святых братьев? - спросила Дора.
Женщина кивнула.
- Я не дам вам совершить убийство, - решительно сказал Ясен, вставая перед возвышением с больными.
Пожилая женщина развела руками.
- А как еще? Вы с ними не останетесь, пусть вы и равелиты. Я ведь права?
- У нас нет времени, - выдохнула Шейра. - Ясен, оставь их в покое.
Ясен повернулся к ней:
- Что?
- Оставь их в покое, - повторила Шейра. - Тебе жалко больных парней? Мне тоже, но мы бессильны. Даже если развязать их, ребят сожгут в первой же деревне.
- Шейра!
- Хорошо, во второй. Или ты думаешь, они научатся добывать еду из воздуха?
Дора переводила взгляд с Ясена на Шейру. Повторялась сцена в туннеле, только вместо торговцев опием здесь были крестьяне. И первые больные серой чумой.
Чумой, которой рано или поздно заболеет и она. Девушка вздрогнула.
- Оставьте меня здесь, - сказал Хрис.
Он вышел из теней. Серые глаза заблестели ярче: его лицо явственно светилось. Двое парней, держащих молитвенник, отступили к стене.
Шейра глянула на эльфа:
- Уверен?
- Я подожду вас вместе с больными, - повторил он. - Мне все равно нужно побыть одному.
Шейра бросила на него озабоченный взгляд.
- Он прав, Ясен, - сказала она. - Даже городские эльфы не могут без одиночества, а уж заокеанские... Может быть, это выход.
Женщина скрестила руки на груди.
- Это еще зачем?
- Вы только что собирались убить своих детей, - очень спокойно произнес Хрис. - Вы спрашиваете меня, зачем я им помогаю?
Она задохнулась.
- Я...
- Не думаю, что они найдут где-нибудь приют, но мы хотя бы оставим им еды на первое время. Скоро заболеют другие, и вам уже станет все равно. Или вы против того, что ваши дети будут жить, пусть и недолго?
Женщина сглотнула. В полутемном зале каждый звук отражался от стен.
- Хорошо. Вы своего добились.
- Тогда уходите.
Пожилая женщина сделала знак, и парни, стоящие у стены, двинулись прочь. Последним вышел парень с молитвенником, бросив на Хриса странный взгляд.
Шейра двинулась к выходу из зала так быстро, что огоньки ближайших свечей задрожали. Ясен на миг задержался возле больных, опустил голову и последовал за ней.
Дора подошла к Хрису.
- Все хорошо, - негромко сказал Хрис. - Я останусь с ними.
- А крестьяне? Они тебя не тронут?
- Не думаю.
Дора обернулась: пожилая женщина все еще стояла в зале, положив руку на лоб одного из сыновей. Девушка закусила губу.
- Тогда...
- Мы снова встретимся здесь. Если повезет, Рез будет с вами.
Дора кивнула и быстро пошла за Шейрой и Ясеном, не оглядываясь. В коридоре она зажала ладонью нос: гарью пахло невыносимо.
- Сколько их еще будет, - сказал Ясен, кивая на уходящих парней. - И скольких мы не успеем остановить...
- Идиотов везде много, - вздохнула Шейра. - Дора, куда нам дальше?
- Наверх.
Знакомая до боли лестница покрылась пятнами копоти и гари. У окон висели ошметки паутины, заслоняя солнечный свет.
На галерее было холодно и грязно. Тут и там темнели провалы дверей, часто наполовину заваленные. В конце галереи крыша обрушилась, и молитвенный камень едва виднелся под обломками. А ведь она ни разу не молилась с того дня, как отец Савелий погиб, поняла Дора. Разве что в то утро у церкви...
Дора толкнула дверь в библиотеку. Та скрипнула, но не поддалась.
- Ясен! - позвала она.
- Не получается? Сейчас, только отойди на пару шагов.
Ясен навалился на дверь. Шейра отошла к полуразрушенным перилам, и, хмурясь, уставилась в сторону рощи. За стенами монастыря все выше поднималось тройное солнце, и лучи летели вверх, окрашивая облака в мед и янтарь.
- Ждешь п-погоню? - окликнул ее Ясен.
Шейра кивнула.
- Когда я вез Реза в обитель, он тоже все время оборачивался, - невесело сказал Ясен. - А я еще п-пытался его утешить: рассказывал про море, лес, братьев и сестер, которых он встретит... Если бы я только знал!
Дверь наконец распахнулась. Ясен не удержался на ногах и рухнул внутрь, на светлый пол библиотеки.
- Повезло, - проговорил он, поднимаясь. - Здесь словно не было п-пожара.
Дора зашла вслед за ним. Солнечные лучи по-прежнему согревали комнату, но от овального стола остались лишь почерневшие доски: от кровавой подписи Реза не уцелело и следа. В углу валялся обгорелый листок. Деревянный пол покорежился, но устоял: поблескивали остатки паркета, на неповрежденных квадратах рассыпались карандаши. На подоконнике все еще стояла забытая кружка.
- Это библиотека? - Шейра подняла брови, заходя внутрь. - А где же книги?
- В хранилище. - Дора опустила голову. - От него, наверное, мало что осталось. А здесь мы читали, учились, работали...
Дора прикрыла ладонью глаза. Зимой, когда в библиотеке горел камин, Рез устраивался на полу с книгой, а она склонялась над картами. Святые братья не позволяли никому смотреть на ее работу, и обычно она рисовала карты у себя в келье, в одиночестве, но для планов монастырского огорода делалось исключение.
А летом Рез сидел у нее под дверью комнаты, пока она рисовала. Когда она заканчивала работу и святой брат возвращал ей ключ, они садились с братом на перила, говорили и смеялись вдвоем до глубокой ночи...
- Дора, очнись. - Ясен тронул ее за плечо. - Где тут тайный ход?
- За боковой стеной. Нужно отодрать деревянные панели... наверное.