– О чем ты? – еле выдавила сбитая с толку Катя. Она видела, что подруга находится в состоянии возбужденного ожидания, но не могла понять, что ее так заводит. Кристина издала какой-то дьявольский сдавленный смешок и взглянула на часы. Катя невольно последовала ее примеру.
– Половина одиннадцатого! Или я ничего не понимаю в мужчинах, или он сейчас приползет на четвереньках!
– Кто?! – ужаснулась Катя и, увидев мстительный взгляд подруги, вдруг поняла. У нее похолодела спина. – Сережа?!
– У тебя домофон все еще сломан? – Карина достала сигареты и вытянула из пачку одну, не сводя глаз с настенных часов. – Значит, он прямо в дверь позвонит. Опаздывает на две минуты… А часы не спешат?
– Ты… Позвала его сюда? – Катя едва не подавилась этими словами. – Сейчас?! Зачем?!
– Увидишь! – Карина подняла палец, призывая прислушаться. В наступившей тишине было слышно, как в шахте лифта движется кабина. Шум оборвался, сменившись лязгом раздвигающихся дверей. У Кати оборвалось сердце – она скорее угадала, чем услышала звук торопливых шагов, приближающихся к ее двери. Спустя секунду заверещал звонок. Карина победно взглянула на подругу:
– Что я говорила? Не бойся, что ты побелела, как покойница! Я с тобой!
– Как ты… – еле слышно выдавила Катя. – Где ты взяла его телефон?!
– Милая! – снисходительно улыбнулась та. – Ты крутила с ним роман два года, а за это время я могла получить не только его телефон, но и образец ДНК. Сама откроешь или помочь?
– Может, он уйдет, – Катя инстинктивно отступила дальше от двери. – Тише!
– Не-ет! – рассмеялась подруга, к ужасу Кати – во весь голос. – Он не уйдет, это я тебе обещаю. Ну, раз уж ты боишься.
Карина с торжествующей улыбкой подошла к двери и, взглянув в «глазок», удовлетворенно кивнула. Щелкнул замок, и Катя прикрыла глаза. Когда девушка решилась их открыть, первым, что она увидела, был бывший любовник.
Он молча сверлил ее взглядом, таким презрительным и недобрым, что Катя, к собственному удивлению, быстро пришла в себя. Ей придало сил и присутствие подруги – пропустив в квартиру гостя, та встала у дверей в вызывающей позе, уперев руки в бедра и выставив подбородок, словно собираясь драться. Впрочем, Сергей на нее даже не взглянул. Его внимание было приковано к Кате.
– Наконец-то, – странным, чужим голосом вымолвил он, продолжая сверлить девушку тяжелым взглядом. – Наконец-то я понял, что ты такое!
– В чем дело? – пробормотала та. – Я же просила оставить меня в покое!
– Ну да, ты много чего просила… В частности это! – Выхватив из кармана куртки конверт, Сергей швырнул его, явно метя девушке в лицо. Конверту не хватило веса – не долетев до Кати какие-то полметра, он кувыркнулся в воздухе и упал к ее ногам. Из него на паркет выскочили две голубые купюры. Катя с изумлением склонилась над ними:
– Деньги?
– Тридцать тысяч, как ты хотела! – Голос Сергея дрожал от прорвавшейся наконец ненависти. – П-подлая! Вот ради чего ты устроила мне эту пытку!
– Тридцать тысяч?! – От потрясения Катя едва не лишилась голоса. Зато ее подруга ничуть не растерялась. Увидев, как деньги упали на пол, Карина явно сочла, что пора вмешаться.
– Вот что, любезный, – начала она тоном, не предвещавшим ничего хорошего. Сергей резко обернулся, словно впервые ее заметил. – Поднимите-ка деньги с пола и передайте их по-человечески, из рук в руки. И попросите извинения.
– Изви… – задохнулся тот. – За что это?!
– За то, что вы грубо, подло и мелко обманули женщину, которая вам доверяла, – бестрепетно отрезала Карина. – Эти деньги ей не нужны, мы их требуем с воспитательной целью. Можете считать их алиментами, можете – отступными, как хотите.
В любом случае после общения с вами моя подруга имеет право съездить куда-нибудь на курорт и отдохнуть.
– Сказала бы сразу, – зло оскалился Сергей. – Зачем истязать звонками мою жену?
– А опять же с воспитательной целью, – холодно ответила Карина.
– Что?!
– А то, что любишь кататься – люби и саночки возить! Решили, что наскочили на безответную дурочку, так? Что можно два года играть с ней в любовь, а потом интеллигентно попрощаться и отделаться ужином в ресторане? – Карина постепенно впадала в настоящее бешенство, ее глаза начинали метать молнии. Катя стояла, прижавшись к косяку, ни жива ни мертва. Только теперь она начинала понимать смысл происходящего. Вмешаться и вставить хоть слово она просто не могла. У нее было ощущение, что она очутилась в дурном сне, причем на вторых ролях.
– Так вот! – Карина указала на конверт, который так и остался лежать на полу. – Или вы поднимете это и с извинениями передадите Кате, или я буду звонить вашей супруге каждую ночь, каждый раз, когда буду просыпаться и идти в туалет. А просыпаюсь я часто!