– За что они вдруг меня полюбили?!
– Просто поняли, что ты не сдашься, испугались, – торжествующе ответила Карина. – Ты показала, что тебе на них наплевать!
– Они ко мне лезут, а я не хочу с ними разговаривать.
– И не надо! – одобрила Карина. – Много чести! Я им говорила: «Вы еще будете за Катькой бегать!»
– Смотри! – Катя нашла взглядом двух новеньких. – Что с этими будет? Неужели то же самое?
Но «того же самого» с новыми одноклассницами не случилось. Их приняли просто и буднично, словно давно знали. Уже через несколько дней девочки держались так, словно учились в этой школе с первого класса. Кате пришлось признать, что ее случай был исключением. Карина тоже разводила руками и не могла припомнить подобной травли:
– Тебе дико не повезло!
Сама Катя по прошествии времени стала считать, что в этом невезении была доля удачи. За эти кошмарные полгода она повзрослела и научилась с достоинством встречать удары судьбы. Кроме того, у нее появился верный друг, готовый ради нее – Катя знала это по опыту – на ссору с целой армией недоброжелателей.
Они с Кариной стали неразлучны на многие годы. В их отношениях четко прослеживалась раз и навсегда установившаяся закономерность. Карина была вожаком, Катя с готовностью покорялась этой властолюбивой натуре. Карина тщательно опекала свою нерешительную и мнительную подругу, та платила ей восхищением и преданностью. У них были разные склонности и вкусы, девушки поступили в разные ВУЗы, у них по-разному складывались отношения с поклонниками, но одно оставалось неизменным – Карина властвовала, Катя подчинялась. Давно исчезла житейская ситуация, вызвавшая необходимость такого распределения ролей, а подруги все еще жили по этому старому принципу.
И вот он рухнул, похоронив под своими обломками четырнадцать лет самой преданной дружбы. Катя впервые поняла, какими глазами смотрит на нее подруга, и ее ужаснуло, как она могла столько лет не замечать очевидного. «Карина думает, что я безвольное ничтожество, ни капли меня не уважает! Почему я не видела этого? Почему разрешала собой помыкать? Сегодня она смешала меня с грязью… И даже не поняла, что натворила! Со мной все можно! Я – неполноценный человек! У меня ни мнения своего нет, ни воли, я – не личность! Может, мне потому и не везло все эти годы, что я слушала ее?!»
Давно наступила ночь, а Катя не могла уговорить себя лечь в постель. Она кружила по маленькой квартире, прокручивая в голове все подробности последних лет своей жизни. Теперь девушка ясно видела, что многие решения, даже самые важные, она приняла под давлением подруги. Ее глазами она пыталась смотреть на мужчин. С ее точки зрения судила себя саму. Это Карина указывала ей на недостатки и давала полезные советы, которые Катя никак не могла применить к своей жизни. Недовольство собой, вечное смятение чувств, излишняя самокритика – все это, как понимала теперь девушка, было «подарком» лучшей подруги.
«Я должна научиться жить сама, с чистого листа, – шептала Катя, останавливаясь у окна и вглядываясь в зыбкую темноту двора, испещренную светящимися окнами домов напротив. – Сейчас как раз удобный момент, как ни удивительно. Сережу я потеряла навсегда, а если у меня появится кто-то еще, я не стану ни с кем обсуждать свои отношения. Это даже странно… Но я научусь. Должна научиться!»
Карины не было в ее жизни всего около часа, а Катя уже ощущала ее отсутствие, как некий тревожащий вакуум. Подобное чувство она когда-то испытала после удаления больного зуба. Боль быстро прошла, наступила эйфория, Катя была счастлива, что решилась пойти к врачу… И все же несколько дней нащупывала кончиком языка опустевшее место во рту, словно рассчитывала найти на привычном месте навсегда исчезнувший зуб.
– Ну, либо ложись спать, либо садись работать! – строго приказала она себе, оторвавшись от созерцания двора. – Нет времени страдать, уже наступило воскресенье, а тебе придется пахать еще и за Ларису! Наверняка завтра с утра прискачет!
И словно в ответ на ее мысль заверещал дверной звонок. Катя так и подскочила, прижав руки к груди. Кровь бросилась ей в лицо, она сразу подумала о Сергее. «Но почему это должен быть он? Скорее Карина! Нет, она обиделась насмерть! Лариса села в лужу с поэпизодником? Нет, нет, не она!»
Позвонили еще раз, но намного деликатней, словно вдруг обратив внимание на позднее время. Это придало девушке смелости, нужной, чтобы подкрасться к двери и заглянуть в «глазок».
– Глеб! – выдохнула она, отпирая замки и впуская соседа в квартиру. – Что опять случилось? Собачку закопали?
– Еще как, – отмахнулся тот. У парня был измученный вид, он выглядел так, словно похороны крошечной левретки дались ему нелегко. – Даже два раза.