В коридоре он крепко сжал её запястье и прижал к стене.
— Ты не можешь брать кровь здесь, — прошипел он. — Ни в офисе. Ни у живых. Ни без разрешения.
— Я не хотела, — прошептала она. — Оно… само.
— Вот именно. Ты должна научиться быть сильнее своего тела. Ты теперь другое существо. Но ты не зверь. Пока не зверь.
Её дыхание сбилось. Она чувствовала, как сердце бьётся в его теле — ровно, уверенно. И хотела его. Но не только тело. Силу. Власть. Знание.
— Научи меня, — сказала она, почти умоляя.
Он провёл пальцами по её лицу. И в этот момент она поняла — в его глазах тоже есть страх. Не за себя. За неё.
— Если я начну — ты больше не сможешь жить обычной жизнью. Ни работы, ни друзей, ни свободы. Только ночь. Только сила. Только... я.
Алиса посмотрела ему в глаза. Ответ был прост.
— Я уже выбрала.
Глава 7: Тот, кто укусил
Ночь наступила беззвучно.
Алиса лежала в постели Алексея — обнажённая, уставшая, насыщенная его телом, его кровью. Он спал рядом, или делал вид, что спит. Вампиры редко нуждаются в отдыхе, но иногда… хотят быть рядом. Просто рядом.
Она встала, завернувшись в его рубашку, и подошла к окну.
Москва сияла внизу, будто огнями отмечала её новую суть. Она больше не была частью дневного города. Она принадлежала тени. И — ему.
Но внизу, на одной из крыш соседнего здания, она заметила силуэт. Чёрный. Неподвижный. Но... смотрящий прямо на неё.
Что-то холодное прошлось по позвоночнику. Сердце сжалось — и не от страха, а от знания.
Воспоминание о той ночи всплыло мгновенно: шаги за спиной, шёпот на ухо, резкий укус, и тьма. Это был он. Он стоял там. Ждал.
— Алексей, — тихо позвала она, не оборачиваясь.
Он мгновенно оказался рядом.
— Там, — указала она в окно. — Он смотрит на меня. Это был он. Он… тот, кто меня укусил.
Алексей всмотрелся в темноту. Его лицо стало каменным.
— Его имя — Данир. Один из старых. Мы думали, он исчез.
— Почему он пришёл?
Алексей обнял её сзади, обнажёнными руками, крепко, словно собирался защитить грудью от ночи.
— Он не просто укусил тебя. Он… пометил. Оставил след. Это вызов. И это значит — он хочет вернуть тебя. Или сделать тебя своей. Полностью.
Алиса почувствовала, как в груди вместо страха вспыхнула ярость. Не за себя. За то, что кто-то посмел считать её вещью. Трофеем.
— Я — не его, — сказала она. — Я сделаю с ним то же, что ты учишь меня делать с собой: обуздаю и уничтожу.
Алексей сжал её крепче. И в его взгляде мелькнуло уважение.
— Тогда пора научиться убивать.
Глава 8: Кровавое крещение
Старый особняк стоял в лесу за МКАДом, как забытый костяной храм. Тяжёлая резьба на дверях, чёрные свечи вдоль коридоров, запах вековой пыли и крови.
— Это Салон Ночи, — сказал Алексей, когда они вошли. — Здесь принимают тех, кто выбирает вечность.
Он был одет в чёрное. Классика — костюм, пальто, перчатки. В нём чувствовалась сила, но сегодня — ещё и тревога. Алиса заметила, как он сдерживает себя. В нём билось нечто древнее. Его страх был не за неё — а за то, кем она станет.
— Тебя примут. Но они будут смотреть, сможешь ли ты… пройти. Без слабости.
— Я не сломаюсь, — ответила она. — Не после всего, что уже случилось.
Она тоже была в чёрном. Бархат, кожа, высокие каблуки. Обнажённая шея, подчёркнутая алой помадой. Она выглядела как тень, принявшая форму женщины.
Зал был наполнен. Вампиры разных возрастов, кланов. Кто-то в вечерних платьях, кто-то в коже, кто-то с глазами, в которых было больше веков, чем звёзд.
Алису подвели к центру круга. Там стоял старый жрец. Молчаливый, бледный, с глазами, как лёд.
— Назови своё имя, — сказал он.
— Алиса.
— Назови, что ты ищешь.
— Силу. Свободу. Месть. Любовь.
Тишина. Все смотрели. Никто не улыбался. Ни одобрения, ни отвращения. Просто — ожидание.
— Тогда прими свою кровь, — сказал жрец, и подал ей кубок. Кровь четырёх старших. Горячая. Тяжёлая. Она пахла металлом, дымом и… муками.
Алиса выпила.
Мир разорвался.
Всё внутри неё загорелось. Огонь, холод, свет, мрак. В теле взорвались сотни голосов, древние воспоминания, образы и ощущения, которых она никогда не переживала. Смерти. Оргазмы. Убийства. Слияния.
Она упала. Задохнулась. Захотела умереть — но тело не дало. Тело восставало.
Алексей подбежал к ней, подхватил, когда она начала кричать. Его глаза были чернее, чем ночь. В них — страх и страсть. Он хотел её. Так, как ещё никогда.
Он унёс её вглубь особняка, в зал без света, где стены пахли вином и кровью.
— Теперь ты — одна из нас, — прошептал он. — Но только я сделаю тебя настоящей.
Он сорвал с неё платье. Обнажил её, как оружие. Его губы вонзились в её шею, а её — в его грудь. Они кусали, стонали, сливались, как два зверя, которых больше ничто не могло остановить.