На миг Кадзу перестал чувствовать боль. Лишь ярость закипала в сердце. Джун была примерно того же возраста, что и Харуми. Беззащитная и хрупкая девушка, выдержавшая невесть что…
С тех пор, как Мэй отказалась от правления, на смену трехсотлетней династии Ириса пришла Эпоха Волка. Ясухара Савада стал императором, и Нойрё начало утрачивать свое величие. Первым делом были повышены сборы налогов из-за чего начались бунты, которые бывший сёгун решил подавлять привычными для него методами. А его верноподданные позволяли себе вот вещи и похуже, чем творила бывшая хозяйка Джун.
— Так ты один здесь? — переспросила Акеми, делая очередной стежок.
— Один.
«Он никогда не был разговорчивым, придется заставить» — подумала сваха.
— Знаешь, мне понравилась та девочка, с которой ты был в прошлый раз, — она улыбнулась, вспоминая знакомство с вежливой, но гордой девчонкой на рынке.
— Харуми, — выдохнул он, а после почти со свистом вобрал в лёгкие новую порцию воздуха.
— Расскажешь, как она поживает?
Он бы хотел и сам это узнать. В последний раз он обещал привезти ей кимоно, как у тех танцующих девушек на празднике весны. Жаль не вышло. Его заметили раньше, чем он рассчитывал.
«Кисло. Себя уже похоронил? Ещё не такое переживал.»
Акеми сотрудничала с кланом уже давно. Дом госпожи Чхве (фамилия ее матери) всегда был наполнен людьми и новостями. Многие влиятельные семьи обращались сюда — кто-то для того, чтобы найти мужа для дочери, кто-то искал благородную невесту. Сюда даже обращались люди императора, чтобы порадовать Его величество новой наложницей. Конечно, обладая связями, госпожа Чхве Акеми стала очень полезным информатором. Да и клан мог доверять ей.
Она, можно сказать, могла бы стать его частью… Ведь была дочерью одного из синоби, который без памяти влюбился в молодую госпожу Чхве, владеющую таверной в столице. К сожалению, любовь их оборвалась достаточно быстро и мужчина даже не увидел появления дочери на свет. По правилам ребенка должен был взять себе на попечительство ближайший родственник умершего. Этим родственником был Чонган. Потеряв младшего и единственного брата он был готов на все ради его ребенка. Однако, отбирать дочь у матери не стал. Пожалел. Помогал им, относил всё заработанное на заданиях, благодаря чему таверна Чхве стала домом невест, которой со временем стала управлять выросшая Акеми.
— Она очень быстро растёт. И задаёт много вопросов, — коротко ответил на вопрос Кадзу.
— Девушки ее возраста очень любопытные. Во всех сферах жизни, — уточнила она. — Про задание могу и не спрашивать?
Несмотря на все доверие клана к этой женщине, Кадзу не мог поведать ей об истинном положении дел.
После всех попыток поставить на колени свою же империю, Савада понял, что нужно восстановить доверие к Императору среди народа. Во дворце решились на старый как мир способ — объединиться с когда-то процветающей династией Ириса. Для Императора собирали всю возможную информацию о скрытом в горах клане Наито, которому он сам же и подписал бумагу о дарении. Однако, кого бы Савада не отправлял в таинственные горы — никто не вернулся живым от синоби. Вот только в последнее время слишком много таких смельчаков-самоубийц.
Кадзу нужно было разузнать подробности плана Савады. Он смог внедриться во дворец, но к сожалению, попался при отступлении.
— Почти готово, — проговорила она, отрезая нитки и принимаясь к перевязке.
— Видел бы это твой дядя, — хмыкнул синоби.
— Кто сейчас занимается врачеванием?
— Хеноко.
— Мать близнецов? — снова улыбнулась она. — Должно быть у нее железное терпение…
Так Кадзу спасли жизнь. Ещё неделю у него не спадал жар, а после он не мог вернуться в клан из-за активно патрулирующих все выезды из столицы воинов.
Он смог отправить лишь небольшую весточку клану через Джун:
«Волк начал охоту. Лисице лучше не высовывать нос из норы»
***
— Ногу вперёд, Харуми! — повторил он устало, но девушка просто не могла выбросить из головы минувшую ночь и то, что она увидела. Ее волновали рубцы на спине Кадзу и его ещё свежее ранение. Что с ним случилось? Через что он прошел?
Да и сам мужчина взволновал ее. Почти обнаженный Кадзу волновал ее, так же как волнует в данный момент — во время тренировки. С катаной в руках, перевязанных кожаными ремешками до локтя; собранными для удобства волосами на затылке (таким же кожаным шнурком) — он был источником сосредоточенности и отточенности движений. Чего не скажешь о Харуми.