Кадзу был чуть ли ни самым родным ей человеком, не считая матери с отцом. А что теперь? Теперь он точно и близко не подойдет к ней: он будет презирать ее, и будет прав. Он будет прав, когда брезгливо отвернет от нее голову в другую сторону, будет прав, когда скажет «глупая», а она будет молча нести свое бремя, продолжая ненавидеть уже себя.
Ноги сами привели Харуми к реке, неподалеку от пещеры, где она провела всю ночь. Не хотелось возвращаться в таком состоянии в клан.
«Да и сейчас не хочется…»
— Вода ещё холодная, Харуми. Если не хочешь заболеть, как в прошлом году, то лучше плавать вечером, когда она нагреется.
Она и не заметила, что там уже кто-то есть. В воде по щиколотку, с мокрой рубахой в руках и с голой спиной и торсом. Будь на месте Харуми Юко, то упала бы в обморок от восторга.
— Шин… не знала, что ты здесь.
Раньше бы она смутилась или покраснела, увидев кого-то из мужчин в таком виде. Но сейчас ее голова забита одним определенным мужчиной, которого она уже видела полуобнажённым, который всегда восхищал ее своей силой воли, и которого она поцеловала.
— А я не знал, что ты вернулась, — он быстро нацепил на себя наспех выжатую рубашку. Харуми даже съежилась, представив себе, как неприятно должно быть чувствовать холодную материю, облепившую тело со всех сторон. — Прости, не думал, что кто-то будет здесь в такую рань.
— Да… — она, наконец, подняла свои глаза к его лицу и указала на синяк на скуле и рассеченную губу, судя по виду свежие. — А что это у тебя?
— Тренировка, — пожал плечами молодой синоби, а после указал на ее заплаканные глаза. — А с тобой что?
«Кадзу…»
— Устала.
***
Она вышагивала так, словно направлялась на собственную казнь. Очутившись у заветной двери, девушка замерла. Она уже отсюда могла услышать и различить знакомые голоса. По телу пробежала дрожь. Страх вновь увидеть колючий взгляд все больше и больше заполнял ее сердце, отпечатавшись липким потом на ее спине. Но, все же, набрав в легкие побольше воздуха, она шагнула внутрь и заметила сидящего на циновке со сложенными на коленях руками и взволнованным взглядом Кадзу. Он тут же встал, как только Харуми переступила порог, между ними пробежала молния.
Если бы он слышал, как быстро и трепетно колотилось ее сердце… его собственное непроизвольно ускорило бы свой ход.
— Поговорить нужно, — коротко, в своей манере.
Харуми с трудом сглотнула ком в горле, представив этот разговор. Неужели он решил ещё рассказать все её родителям? А может уже рассказал? Сердце ушло в пятки. Стало ещё противнее от самой себя.
— Харуми… Я так испугалась, когда Кадзу пришел один! — Мэй обняла ее так крепко, как никогда прежде. От матери шла аура тепла, любви и беспокойства.
Вслед за ней вышел Такао, который тоже не выглядел так, словно знает, что его дочь целовала его лучшего друга.
«Значит не сказал никому. Конечно, это же Кадзу» — Харуми теперь стало стыдно за одну только мысль о том, что синоби кому-то поведает о её поступке. «Поговорить нужно с главой клана о задании».
***
— Харуми, ты помнишь как спрашивала о нашем с мамой знакомстве? — вот чего не ожидала девушка, так это внезапного разговора о знакомстве своих родителей вместо обсуждения заказа, который чуть не обернулся настоящей трагедией. А для одного из стражников очень даже мог обернуться…
«Ладно. Кадзу успокоил — сказал, что мертвецы так не сквернословят…»
— Мы скрыли от тебя часть родословной, — подхватила Мэй.
Харуми не знала куда деться, всё шло не по плану начиная с самого заказа и заканчивая возвращением в деревню Наито. А ещё рядом находился тот, кого она планировала избегать ближайшее время.
— Когда я познакомился с твоей мамой, она была не просто кицунэ. Она была наследной Принцессой Нойре.
Харуми рассмеялась от неожиданности. А можно быть это был нервный смех.
— Моя мать была кицунэ, а отец — Кин Хаттори, Император династии Ириса. Я узнала об этом не сразу, лишь после знакомства с Такао и кланом, — Мэй крепко держала Такао за руку. Переживала, рассказывая дочери то, что никогда не планировала. — Чтобы спасти мне жизнь, родители запечатали мою силу и спрятали меня в деревне, где меня растил обычный кузнец.
А после Мэй и Такао поведали подробную историю пpo о́ни, рэйки, вратa и привратникa, который овладел волей Кина Хаттори. Они рассказали о своей битве с существами из Нараки и о Ясухара Саваде, который узурпировал власть.