— В добром здравии, — коротко ответил Кадзу.
— Помню её, — подхватил Сатоши, — Такая красавица! Как она ещё не замужем?! Вот жил бы я у нее несколько месяцев — точно женился бы!
Кадзу сверкнул глазами в сторону друга, словно тот сказал что-то чего говорить не стоило. Что-то оскорбительное или обидное.
— Вы посмотрите только… — протянул Сатоши, — Его такая красавица выхаживала, а он нос воротит!
«Выхаживала?» — пронесся вопрос в голове у Харуми. «Что значит выхаживала?»
Неужели все это время он жил с той женщиной под одной крышей? Внутри все закипело и почему-то радость от возвращения Кадзу испарилась, так же, как растворялся в воздухе дымящийся пар от чая.
— Харуми? — неожиданный голос матери застал девушку врасплох, от чего Харуми обронила собранную хурму. — Что ты делаешь?
Один из спелых фруктов со стуком покатился прямо в гостевую комнату, пересёк ее и остановился лишь встретившись с ладонью вернувшегося синоби.
— А кто это тут у нас? — усмехнулся Сатоши, заметив почти заползающую Харуми.
— Я принесла хурму, — ответила она, быстро глянув на Мэй и начав также спешно собирать хурму. На отца старалась даже не смотреть, чтобы не сгореть от позора, надо же было так попасться…
«И это дочь дзенина и кицуне? Смех да и только!»
Харуми хотела провалиться под землю.
— Ещё одна, — протянув пойманный фрукт, сказал Кадзу, а после вложил его в ладонь девушки. Рука ещё долго помнила тепло этого лёгкого и мимолётного соприкосновения пальцев. Щеки горели. А ещё остался вяжущий привкус во рту. Вкус внезапно вспыхнувшей ревности.
***
В день, когда Харуми было позволено не просто стоять в стороне и наблюдать за тренировкой на мечах, а участвовать — это было последние, о чем думала девушка. Раньше у нее были занятия медитацией с Кадзу, практика магии с Такао и правила этикета от Мэй (как и для немногочисленных девушек клана), а ещё учение письму и танцу.
Они шли поодаль от остальных. Впереди вел группу семнадцатилетний Шин, в которого были влюблены юные девушки клана. Он уже отправлялся на задания и помогал с обучением молодняка; имел отлично сложенную фигуру, гармонировавшую с красотой лица.
Рядом с ним порхала одна из влюбленных… Юко. По ее же словам, она пошла со всеми лишь в качестве поддержки для Харуми.
Ее брат-близнец — Юки, необычайно серьезный для своих лет парень, то и дело закатывал глаза, когда друг Изаму подшучивал над «павлином» шествующим впереди.
Изаму нравилась Юко уже давно, от этого у Шина появлялось все больше и больше въедливых прозвищ.
И пока Кадзу наблюдал за тем, чтобы мальчики не растеряли оружие, споря кого из них клан отправит на задание первым, Харуми вдруг спросила то, что ее интересовало с самой весны. С того момента, как встретила госпожу Чхве.
— Кадзу, а почему ты не женился?
Он не ожидал от нее подобного вопроса, поэтому сказал то, что пришло первым на ум.
— Не встретил больше такой, как твоя мать.
Отчасти это была правда — он был очарован Мэй, но понимал: сегодня он есть, завтра убьют. Живёт в тени, ходит в крови. Разве мог он претендовать на доброе сердце Мэй? А после они встретились с Такао и всё встало на свои места.
— А я красивая? — продолжила она, следуя хвостиком за Кадзу, как делала это в детстве.
— Хитрая… Думаешь от тренировки отделаться, лиса?
— Почему же? Мне нравятся наши занятия. Просто стало интересно… Наверное, ты у многих девушек сердца украл.
— Любопытная, — смешок сорвался с губ ниндзя. — За ответ на такие вопросы Такао голову мне расколет.
«И будет прав» — подумал он.
— А мы ему не расскажем, — прошептала, чтобы никто их не услышал.
— Красивая, как мама. Упрямая в отца.
***
Занятия проходили на большой поляне, с трёх сторон окружённой обломками белых скал. Там почти никогда не было ветра и при этом много места для маневра. Когда-то здесь тренировались они с Такао, собирая зрителей из целого клана. Теперь пришло время нового поколения.
— Она так быстро выросла, — кивнул Сатоши в сторону Харуми.
— Правда, — задумчиво ответил ему Кадзу, вспоминая маленького лисёнка, подкрадывающегося к нему, словно настоящий охотник.
— Скоро мы совсем без работы останемся, будет забирать все заказы, колдует, да ещё и дерется… — Сатоши не успел договорить, так как его прервал крик Харуми. Они с Кадзу резко повернулись в ее сторону: она сидела на земле, держась рукой за голову, а Шин стоял рядом с ней на коленях, судорожно тряся руками. Синоби быстро подбежали к Харуми.