— Нет, не участники, — ответил Чак. — Он — школьный друг невесты, а она его девушка.
Я отметила, что наших имен он не назвал. Представил нас как можно более любезно. Очень, очень интересно.
— Просто друг невесты?
На этот раз Люсьен позволил себе выразить голосом сомнение.
— Я дальний родственник Саммерлендов, — ответил Джейсон.
— Выглядишь как очень близкий, — заметил тигр и снова попытался к нам придвинуться.
Мой тигр — то есть тигры — на это среагировали. Они стали красться во внутренней темноте проблесками красно-золотого и мельканием светло-желтого. Тигры более других моих зверей любят прятаться в глубинах этого внутреннего пространства, используя тени как деревья и листья для укрытия. Мелькнет полосатое — и скроется. Мне говорили, что так ведут себя тигры в джунглях — невидимые.
Пока не захотят сами, чтобы их увидели.
Джейсон, не выпуская меня из объятий, повернул к себе, уткнув меня лицом в плечо и шею. Я вдохнула аромат его кожи. Пахло Джейсоном, но под этим угадывался волчий мускус. Это помогло не выпустить те поблескивающие контуры.
— Запах тигра. Появляется и исчезает, как сны ветра в пустыне, — сказал оборотень-тигр.
— Поэтично, — оценил Джейсон. — Но мы уходим.
Он двинулся к двери. Я обернулась, чтобы видеть куда иду, и увидела мелькнувшие синие глаза, но не человеческие. Цвет человеческий, а вот то ли оттенок, то ли форма — совсем не. От вида этих глаз у меня свело нижнюю часть тела — не сексуальным желанием, а болью. Тигр сжимал когти, давая мне знать, что ему очень не нравится сидеть в ловушке моего человеческого тела, не имея выхода.
— Криспин меня зовут, — представился оборотень.
Джейсон тронул меня за лицо свободной рукой.
— Не смотри, — шепнул он.
Я послушалась, смотрела только прямо перед собой. С нами вместе шли Роу и Шэдвелл. Криспин пристроился сзади — я почувствовала не глядя.
— Оставь ее в покое, — велел Чак.
Кто-то оказался у нас за спиной, и это был Санчес.
— Прикрою сзади, — сказал он.
Я не знала, кому он говорит, но прикрывал он меня, нас — я поняла.
Живот свело, будто в желудке у меня оказалось что-то тверже, плотнее еды — тяжесть фантомной беременности. Только это не призрачный младенец был во мне, а что-то куда более солидное. И как настоящий младенец, это «что-то» хотело на волю.
Глава тридцать восьмая
Нас вывели из дверей, довели до лифта. Санчес жестом предложил нам войти в кабину, за нами вошли Шэдвелл, Роу и Чак.
— Что все это значит, маршал? — спросил Чак.
Я покачала головой, оперлась на Джейсона. Вдохнула аромат его кожи, пытаясь запахом волка смягчить ощущение спазма в животе, где свернулось что-то твердое. Стала медленно и ровно дышать. Я смогу. Ради этого я упражнялась, чтобы иметь возможность выезжать без свиты ликантропов.
За меня ответил Джейсон:
— Я — ликантроп, а экстрасенсорные способности Аниты иногда позволяют ей походить на одну из нас.
— Какие именно экстрасенсорные способности? — поинтересовался Чак.
— Она профессионально поднимает мертвых и работает истребителем вампиров. Для первого нужен талант некроманта, а истребители вампиров без экстрасенсорных способностей тоже долго не живут.
— Каких именно способностей? — настойчиво повторил Чак.
Спазм в животе стал наконец-то отпускать. Я уже смогла дышать без ощущения, что протаскиваю через себя какую-то тяжесть. Медленно и осторожно, не отрывая лица от груди Джейсона, я ответила:
— Я отлично работаю с мертвыми, Чак. Это моя способность.
— Тот тигр сказал, что вы более живая, чем все там присутствующие.
Двери лифта открылись, Роу первым вышел в коридор, потом кивнул Шэдвеллу, и только тогда тот нас выпустил. Чак не проверял коридор так, как это делали они. Он был больше разруливатель проблем, чем настоящий телохранитель.
— Заигрывал, — ответила я.
— Странный способ.
— Я видала еще более странные.
Чак посмотрел на меня недоверчиво. Мне было наплевать, верит он или нет, мне были нужны только наш номер и уединение. Пусть Джейсон мне поможет затолкать обратно тигра и напитать ardeur. А уж после этого будем переживать, что там Чак о нас знает или думает.