— Своя голова есть? — осведомился мужик, посмотрев на меня как на психа. — Чтоб вампир в людской ипостаси трансформировавшегося вампира завалил? Такой большой, а в сказки веришь.
— Ну хоть какая-то надежда у осужденных должна быть, — пожал я плечами.
— А тебе они не по хрен? — хмыкнул мужик. — Ты не о нежити лучше думай, а о том, как самому в живых остаться.
Узников подвели к заслонке, и старший Носферату что-то пробубнил в рацию.
Наверху лязгнуло, загудел невидимый механизм, и тяжелая плита со скрипом поползла вверх.
И то, что открывалось моему взгляду по мере ее подъема, мне очень не нравилось.
Сначала показался пол. Судя по всему, металлический. Но сказать наверняка было затруднительно — его сплошняком покрывала черно-бурая корка, которую никто никогда даже не пытался отскоблить. Разве что разбивали ее иногда вокруг многочисленных круглых драпов, чтобы обеспечить беспрепятственный сток крови в невидимые резервуары под полом. Из-за этих драпов пол напоминал дно гигантского дуршлага. Надо будет внимательно смотреть себе под ноги, чтоб не попасть стопой в такую дырку. Ногу подвернешь или сломаешь — и будешь валяться неподвижным бурдюком с кровью. Эдакой бесплатной бензоколонкой для нелюдей — подходи кто хочешь, хлебай сколько надо.
Мне в ребра довольно чувствительно воткнулся ствол.
— Чего встал, мясо? Давай, ныряй в кормушку.
Очень мне хотелось сейчас выхлестнуть из ладоней
оба клинка и воткнуть их в красные глаза ощерившегося Носферату — аж руки зачесались в прямом смысле этого слова. Но — нельзя. И себя угробишь, и своих не спасешь. Хоть я и слабо представлял как буду спасать их на арене, но почему-то мне казалось, что там у меня будет больше шансов, чем в тесном коридоре против десятка автоматчиков.
В общем, сцепил я зубы, мысленно приказал мечам успокоиться и подчинился. То есть пошел куда велели. И уже за спиной услышал, как двое конвойных переговариваются между собой.
— Слушай, что-то я не понял. Девчонка палача отцом назвала. С какой это радости, если она — мясо, а отец — палач-оборотень?
Я немного напрягся, но продолжал двигаться вперед, отыскав глазами серебристый костюмчик Маргариты, мелькавший впереди между спинами остальных заключенных.
— Тебе оно надо? — безразлично отозвался второй Носферату. — Местные вертухаи, которые мясо принимали, чего-то намутили, а ты хочешь умнее всех казаться?
— Нет, но погоди. Палач тогда, похоже, тоже в не- понятках оказался. Надо доложить…
— Доложишь после Суда, — хмыкнул собеседник сообразительного Носферату, до которого доходило хоть и с задержкой, но быстрее, чем до остальных. — Как от них останутся мумии и обрубки, так и доложишь — мол, те и те ошмётки при жизни вели себя подозрительно. После того как наряд вне очереди в поилке оттарабанишь.
— За что? — возмутился конвоир.
— За унавоживание мозга непосредственному командиру при выполнении задания.
Вампир рассмеялся собственной шутке, словно зубилом по стеклу провели. Оскорбленный в лучших чувствах бдительный Носферату обиженно засопел у меня за спиной — аж слизь из дыхательных дырок мне на затылок брызнула. «Ну и ладушки, слюнявый, — подумал я, вытирая шею. — Хорошо, что не только у нас инициатива наказуема».
Между тем заслонка полностью вползла в потолочный паз, похожий на хронически незаживающую ножевую рану.
Перед нами была арена. Больше похожая на стадион как по размерам, так и по конфигурации. Или на Колизей, если исходить из того, для каких целей она была построена.
Только, в отличие от Колизея, трибуны зрителей, окружающие арену, были отгорожены прозрачным куполом, нисколько не мешающим обозрению даже несмотря на замытые, но вполне заметные следы крови на нем. Надо полагать, эту недешевую защиту установили, чтобы распаленные зрелищем зрители-вампи- ры не попрыгали на арену и не приняли участия в Суде Крови. А также чтобы участники шоу не травмировали зрителей и не попытались сбежать.
Правда, сбежать отсюда было проблематично в любом случае. Хотя бы потому, что в противоположных концах арены стояли вышки, сваренные из стального профиля, с верхних площадок которых недвусмысленно торчали пулеметные стволы.
Иными словами, выходов отсюда было два. Через ворота, отгороженные вышеупомянутой стальной плитой, или же фрагментарно, просачиваясь сквозь многочисленные отверстия в полу и пищеварительные тракты нелюдей.
Мелькнула мысль насчет того, чтоб попытаться открыть портал в Синюю мглу, но ее пришлось отмести сразу. Я чувствовал — сил хватит только на то, чтобы попытаться вытащить мечи из рук. Для открытия портала требовалась как минимум неделя крепкого сна и усиленного питания.