- Эй, трактирщик! – по наглому поведению и богатой одежде, я сразу определил в двух зашедших молодых людях спесивых дворянских ублюдков. – Где тебя черти носят?!
- Да, ваши благородия, чего изволите? – по лицу Алнуша, хозяина таверны, было заметно, что гостям он не рад.
- Организуй поесть, - начал было один, высокий брюнет, но его перебил спутник.
- Всего самого лучшего! – процедил слова блондин. – И комнату на пару дней.
- Уважаемые, сэры, мест нет – развёл руками Алнуш.
- Как это нет? – рявкнул блондин. – Ты видишь, кто перед тобой?!
- К моему глубокому сожалению, я ничего не могу поделать. Мест не было уже вчера.
- Хорошо, - сплюнул брюнет. – Тогда тащи пожрать на стол, мы устали и хотя бы перекусим в этой дыре!
- Сию минуту, господа! – улыбнулся Алнуш, но даже слепому было заметно, как оскорбили его эти слова.
Когда, я было, уже подумал, что эпизод закончился, в таверну зашёл молодой человек, примечательного в нём было то, что его волосы были отчаянно рыжего цвета, да и одежда была такой же, в какой мы сами впервые въехали в этот город.
- А! – радостно воскликнул рыжий. – Дядя Алнуш! Как я рад тебя видеть!
- О, каким ветром принесло в этот город этого парня?! – вопросительно посмотрел на потолок Алнуш. Но было заметно, что он рад видеть парня. – Здравствуй Алан! Лёгок ли был твой путь? Как поживает отец и матушка?
- Всё хорошо, милостью Создателя, дядя Алнуш, - улыбнулся парень. – Папа, мама живы и здоровы, у меня даже появился пятый брат, но беда случилась…
- Какая беда? – не на шутку встревожился трактирщик.
- Да вот, понимаешь, сегодня пришёл в город, а… - сделал печальные глаза рыжий.
- Ну! Не томи, выкладывай!
- Жить негде, дядя Алнуш!
- Фу! Выкидыш рыжей лягушки, не стыдно над старым человеком тебе так издеваться? – шутливо погрозил пальцем Алнуш. – Ну, ничего, старый Алнуш не оставит в беде сына своего друга, есть у меня для тебя комната…
- Что!? – вдруг взревел изрядно подвыпивший блондин. – Значит, для благородных господ у тебя нет комнаты, а для ублюдка сацумской шлюхи, есть!
События стали развиваться как в классической мыльной опере. Я даже про вино забыл, наслаждаясь действом. Блондин, несмотря на попытки его друга удержать на месте его, встал, и направился к багровому от ярости Алану. В сочетании с рыжим цветом, выглядел он великолепно.
- Да как ты смеешь! – крикнул рыжий. – Готовься к смерти!
Мне стало очень интересно, ведь у парня при себе, кроме небольшого кинжала, не было оружия, да и на громилу он не был похож, так что против меча у него не было шансов. Но, рыжий, меня удивил, как и блондина. Он выставил руку и начал что-то бубнить, результатом бубнежа стал прозрачный ледяной кол, но ему не суждено было долететь до блондина. Ещё в полёте он растаял, и на испуганного дворянчика вылилась вода, примерно с ведро.
- И это айсболт?! – зло улыбнулся блондин. – Что ж, готовься к смерти теперь ты!
Он вытащил клинок, и ударил. И попал… по моему клинку. Я решил, что знакомство с человеком, хоть как-то сведущим в магии, да и сам по себе он был чем-то мне симпатичен.
- Спрячь в ножны свой клинок, если хочешь жить! – мне казалось, что ума и благоразумия ему не хватит, но он меня удивил.
- Хорошо, здесь не время и не место, но мы ещё встретимся! – резко развернувшись, он махнул своему приятелю. – Пошли отсюда, Свен. Для благородных людей здесь слишком много простолюдинов.
- Спасибо тебе, я Алан - поблагодарил меня рыжий и протянул руку. – Ты очень своевременно подставил меч, а то я уж было подумал, что оттоптал своё. Кстати, как так у тебя, получается, так быстро двигаться?
- Пустяки, а зовут меня Курт, - ответил я на рукопожатие. – Это всё тренировки.
- Ух, ты, а я подумал, что ты из Ордена…
- Что за Орден? – поинтересовался я.
- Орден Ступивших за Грань. Они лучшие воины королевства, да и, наверное, всего мира, хотя поговаривают, что какие-то ассасины востока им не уступят, но я думаю враки эти слухи.
- Понятно, - усмехнулся я, хотя и не слышал до этого, ни о каких орденах. – Но я не из Ордена, хотя и мне льстит, что ты меня с ними сравнил. А что мы всё стоим, садись за мой столик, выпьем за знакомство…
Настал день приёма, уже с раннего утра, мы втроём стояли у ворот Академии. И не мы одни, перед воротами было целое столпотворение. Кого тут только не было: и аристократы, чванливо и высокомерно глядящие на остальных, и купеческое сословие, и воины, и крестьяне, испуганно озиравшиеся по сторонам. И все были разных возрастов. Ожидание не затянулось, ровно в восемь ворота открылись, и поток соискателей влился внутрь. Там нас встретил высокий человек в мантии, он поднял руку, и все остановились.