- Хватит! – крикнул я и пошёл к воротам. – А то засов сломаешь. И кому там неймётся?
- Скорее… - послышалось мне. Распахнув створку, я увидел запыхавшуюся Линду, девятнадцатилетнюю подружку Найли. Она стояла передо мной и пыталась отдышаться, от чего её немаленькая грудь бурно вздымалась. Признаться, очень завораживающее зрелище. – Ты куда уставился? Мал ещё!
- Зачем пришла, Линда? – оторвав взгляд, спросил я.
- Найли и Сойку схватили охранники каравана! – выкрикнула она. На шум вышли родичи и через пять минут отец, Гурт, Микт, Сар и я пошли к таверне. Ведь именно туда утащили нашу сестру и дочку нашего мельника. С нами увязалась и Линда, которая по дороге рассказала нам подробности. Всё оказалось довольно таки банально, Найли и Сойка с Линдой шли мимо таверны, когда оттуда вышли подышать свежим воздухом поддатые охранники. При виде красивых девушек им естественно захотелось удовлетворить свою похоть. Сначала они пытались словами договориться с девушками, пока из таверны не вышел ещё один охранник. Огромного роста, весь в шрамах, он без разговоров схватил Найли за руку и потащил в таверну. А его напарники, подбодрённые таким примером, схватили Сойку и Линду. Но Линде удалось вырваться и убежать.
Около таверны уже собрались родственники Сойки, да ещё пяток здоровых мужиков. Подойдя ближе, я увидел, что и из таверны уже вышли охранники и несколько купцов. Главный купец, маленький, но с огромным пузом, на повышенных тонах спорил с мельником Тарсом. Такие случаи уже бывали, поэтому я не особенно переживал. Ведь с нашим прибытием численный перевес был явно на нашей стороне. Любой благоразумный купец приказал бы своим охранникам отпустить девок. Но в этот раз что-то явно пошло не так. Мой отец и мельник пытались уговорить купца отпустить девушек по-хорошему:
- Отпусти девчонок, купец!
- Послушайте, мы же взрослые люди! Девочки гуляли в вечернее время без сопровождения, так? – визгливым голосом аргументировал купец. – Остановились, когда их окрикнули мои парни? Остановились. Так что, какие вопросы?
- Хватит пороть чушь! Эти ублюдки схватили насильно наших девушек! Отпускай их сейчас же, а не то…
- Что не то? Ты, деревенщина, мне угрожаешь? – побагровел купец и свистнул в серебряный свисток. На звук из таверны выскочило ещё несколько охранников, в том числе и огромный верзила. Я впервые вижу такого огромного человека, да ещё и желтого цвета кожей. Самым высоким кого я до этого видел тут, был кузнец Ихван, он же и был самым сильным. Но это жёлтое чудище было на голову выше, и в полтора раза шире Ихвана. Теперь количество охранников и обиженных родичей уравнялось, и купец почувствовал уверенность. – Значит так! Либо вы выплачиваете мне выкуп за баб, либо они его отработают. Это моё слово! Силой попытаетесь отбить, им же хуже! Мои парни заездят их до смерти!
Против вооружённых громил шансов у наших было мало. Это понимали все. Отец с мельником посовещались, и ответили купцу:
- Каков выкуп?
- За блондинку три золотых…. А за рыжую пять! – ответил довольный купец. Как же, так и так при своих останется.
Мда, восемь золотых огромная сумма. За всю жизнь я видел только один золотой, который заработал отец.
- А почему цена разная? – спросил мой отец, сжимая от ярости кулаки.
- Рыжая больно строптива, чем и приглянулась главе охраны Бойну – при этих словах верзила похабно ухмыльнулся, и что-то сказал. От чего охранники дружно заржали, а один даже показал похабный жест.
Позже я вспоминал этот вечер, но никак не мог точно назвать причину моей вспышки ярости. Может осознание того факта, что мою сестру-красавицу Найли будет пользовать этот детина. Или тот момент, когда приколист-охранник делал характерные движения тазом, он смотрел прямо мне в глаза? Не знаю. Ясно только одно, что-то вывело меня из себя. Я как в тумане смотрел на смеющегося щербатым ртом парня, потом понял, что держу в правой руке небольшой топорик. Я его взял для обстругивания жердины. И свою ярость я выплеснул одним точным и сильным броском. Выученные в школе оборотней навыки органично легли на тренированное тело, и топорик с силой вонзился прямо в лицо охранника. На минуту всё стихло, только громко хрипел умирающий человек, глядя на которого я почувствовал прилив удовлетворения. Как только стихли хрипы и последние судороги охранника, желтокожий верзила пришёл в движение. Он тронулся как огромный ледокол, раздвигая всех своей тушей и остановился только передо мной. Я несколько оторопело задрал голову и взглянул на него. Вблизи он вообще нависал надо мной, как баскетболист сборной над учеником любителем.