Я привык к тому, что меня могут задержать, но даже так не желал этого принимать. Я жаждал свободы действий, а когда обвинение было настолько абсурдным и ложным, меня просто разрывало изнутри. Я мечтал убить того, кто это подстроил, медленно и мучительно. Я никогда не играл не по правилам, и не собирался начинать, но эти грёбаные Каттанео…
—Мистер Мартин, заявление было отозвано, и вы освобождены от обвинений, — сообщила Меган, входя в камеру в сопровождении одного из агентов.
Душа моя ликовала от восхищения этой женщиной. Она сохраняла невозмутимое выражение лица, ни на секунду не сомневаясь в своих словах. Решётку открыли, и меня, всё ещё в наручниках, вывели из этого мрачного подземелья. Выйдя на улицу, я увидел знакомые машины, среди которых были "Алая ярость" и "Санта Роса". Заметив меня, они подъехали ближе, и из них вышли две девушки и несколько мужчин. Одна из них, рыжая бестия с протезом, была Эдда Дероса. Вторая, беловолосая и самоуверенная, оказалась Дианой Каттанео.
—Пошли, — сухо сказала Меган, когда с моих запястий упали оковы.
Мы сели в машину вместе с Меган, и тут меня прорвало. Я в ярости воткнул нож в кожаное сиденье, наблюдая, как вся эта компания уезжает, оставив за собой лишь облако пыли.
—Поехали за ними, — твёрдо произнёс я, доставая из бардачка свой верный пистолет.
Я почувствовал чью-то руку на своём плече, повернулся и встретился с гневным, полным презрения взглядом Меган. Я лишь пожал плечами и посмотрел на Энзо, сидящего рядом с ней.
—Если начнут стрелять – защищай её и себя, — процедил я, и мы стремительно понеслись в погоню за их машинами.
Высунувшись из окна, я открыл огонь по стёклам и корпусам машин, но из-за высокой скорости и тряски мне никак не удавалось попасть по колёсам. В какой-то момент Диана, эта безумная стерва, высунула руку из окна и начала отстреливаться, и ситуация стала критической. Я слышал крики и отборные ругательства, льющиеся из уст Сантино, и успел в последний раз взглянуть на Меган, чьё лицо выражало смесь ужаса и ярости. Затем я снова выстрелил, и в тот же миг почувствовал острую, жгучую боль в ноге. Опустив глаза, я увидел торчащий из бедра нож и Меган, направляющую два пистолета на остолбеневших Сантино и Энзо.
—Разворачивайтесь! — пронзительно заорала она, и от бессильной злости я не знал, что делать.
Сантино молча вопрошал меня взглядом, и я, скрепя сердце, отдал приказ развернуться. Всю дорогу до особняка мы ехали в гробовой тишине. Я перевязал кровоточащую ногу, обдумывая, как отомщу Меган за её безрассудный, предательский поступок. Подъехав к дому, я, не дожидаясь полной остановки, выпрыгнул из машины, игнорируя проклятия Сантино и его гневные вопли.
—Ты головой ударилась, психованная?! — кричал Сантино, не в силах сдержать ярость. —Ты хоть задницей подумала, когда это делала?! Тебя могли убить! В него могли выстрелить!
—Сантино! — рявкнул я, и, схватив Меган за запястье, потащил её в свою комнату, не обращая внимания на её сопротивление.
Она громко фыркнула, когда я заволок её внутрь и захлопнул дверь на замок. Скрестив руки на груди, она начала нервно ходить из стороны в сторону, срывая на ходу пиджак.
—А, сейчас ты будешь меня отчитывать, да? Втирать мне, какую глупость я совершила и какая я идиотка, да? А ты, интересно, чем думал? Тебя только что вытащили из гребаной клетки, а ты, как последний придурок, пошёл палить по машинам! Ты хоть немного соображал? — кричала Меган, размахивая руками, как мельница.
Я сжимал в руке пистолет, которым только что стрелял, а другая рука у меня была в кармане, сжатая в кулак. Я еле сдерживался, чтобы не схватить её и не заткнуть ей рот, лишь бы не слышать этот поток упрёков. Она читала мне нотации, и я уже не мог слышать это проклятое слово "адвокат".
—Хватит! Я осознавал, что делал, и понимал, чем это может закончиться! Ты могла меня убить! Я мог выпасть из гребаного окна! В меня могли выстрелить, или, что ещё хуже, попасть в тебя! Ты сошла с ума! — ответил я, вплотную подойдя к ней.