— Люблю тебя, — сказала я, сидя в машине.
— И я тебя, адвокат, — с улыбкой ответил Нел.
И если придётся убивать ради любви, то я сделаю это.
Глава 15.
Нелан
Пробуждение рядом с ней превратилось в мою новую, всепоглощающую зависимость. Если раньше утро начиналось с горького кофе, терпкого дыма сигарет и сухих сводок о делах, то теперь – с её тихого, мерного дыхания и солнечных зайчиков, танцующих в её растрепавшихся, словно после бурной ночи, волосах. Меган – мой личный рассвет, нежный и яркий, разгоняющий густую тьму, что годами копилась в моей душе.
Я помню, с каким ожесточением сопротивлялся этому неведомому чувству. Возводил неприступные стены, отгораживаясь от её проникающего света. Знал, что такой невинной душе, как у неё, не место в моей пропитанной кровью и грязью жизни. Но она, словно неутомимый строитель, пробила эти стены, кирпичик за кирпичиком, своей всепрощающей любовью, своей непоколебимой верой в меня. И теперь, оглядываясь назад, я просто не понимаю, как вообще мог дышать до встречи с ней.
Жизнь с Меган – это постоянное балансирование на натянутом канате над бездонной пропастью. С одной стороны – хрупкая нежность, обволакивающий уют, задушевные разговоры за поздним ужином, искренние споры о политике и авторском кино. С другой – парализующий страх за её жизнь, за её безопасность. Каждый внезапный звонок, каждый подозрительный шорох за дверью заставляет меня вздрагивать, словно от удара тока. Я прекрасно осознаю, что мои враги не дремлют, и что она – моя самая уязвимая, самая дорогая точка.
Я отчаянно стараюсь оградить её от своей грязной работы, от той тёмной стороны моей жизни, в которой нет и не может быть места для таких светлых понятий, как любовь и сострадание. Но это почти невозможно. Она безошибочно видит мои ночные кошмары, чувствует сковывающее напряжение, когда я возвращаюсь домой после очередной «встречи». Она знает, кто я на самом деле, и, несмотря ни на что, остаётся рядом, ангел-хранитель, посланный мне с небес.
Иногда я мучаюсь вопросом, что она нашла во мне? Почему такая светлая, кристально чистая девушка, как она, выбрала меня, человека, чьи руки по локоть в крови? Она же упрямо повторяет, что видит во мне то, что надёжно скрыто от глаз других. Говорит, что за маской безжалостного мафиози прячется сломленный, измученный одиночеством человек, отчаянно нуждающийся в любви и тепле.
И, наверное, в её словах есть горькая правда. До встречи с ней я был лишь бездушной тенью, хладнокровной машиной для убийств, запрограммированной на безграничную власть и алчную наживу. Она разбудила во мне давно забытые чувства, о существовании которых я даже не подозревал. Научила любить всем сердцем, искренне прощать, глубоко сочувствовать. Она буквально вернула меня к жизни, вдохнула в меня новую душу.
Но эта новая жизнь – постоянная, изматывающая борьба. Я отчаянно борюсь за её любовь, за её безопасность, за её право на нормальную, человеческую жизнь. Я самоотверженно пытаюсь стать тем человеком, которого она по-настоящему заслуживает, хотя в глубине души прекрасно понимаю, что никогда им не стану.
Я изо всех сил стараюсь не приносить свою грязную работу домой. Пытаюсь не рассказывать ей о тех ужасах, что происходят в моём преступном мире. Но, увы, иногда это просто невозможно. Порой непроглядная тьма просачивается в нашу жизнь, отравляя её своим смертоносным ядом.
И тогда я вижу в её прекрасных глазах неподдельный страх. Страх за меня, за себя, за наше туманное будущее. И этот всепоглощающий страх ранит меня намного сильнее, чем любая выпущенная в меня пуля.
Я всегда знал, что однажды мне придётся сделать судьбоносный выбор. Либо я навсегда уйду из её жизни, чтобы она могла обрести долгожданное счастье с кем-то другим, с тем, кто сможет дать ей то, что я никогда не смогу. Либо я буду отчаянно бороться за неё до самого конца, даже если это будет означать, что я потеряю всё, что имею. И сейчас я понимаю, она будет со мной, до последнего вздоха.
Но пока я рядом с ней, я буду делать всё, что в моих силах, чтобы защитить её от всех бед, чтобы сделать её по-настоящему счастливой. Я буду любить её так, как никогда и никого не любил прежде. Потому что она – мой единственный свет во тьме, моя робкая надежда на долгожданное спасение, моя единственная, истинная любовь.