Едва я успела устроиться в мягком кресле, как мой телефон завибрировал, извещая о входящем звонке от клиента.
– Слушаю, – произнесла я, стараясь придать своему голосу уверенность и профессионализм, мгновенно меняя тон с неформального на деловой.
– У нас серьезная проблема, адвокат. Мы почти выяснили, кто зверски убил мою семью, но никак не можем установить личность преступника. Нам нужны ваши экспертные знания, ваши отпечатки пальцев и, конечно же, работа первоклассного детектива, способного распутать этот клубок лжи и интриг. Когда вы сможете прибыть в Неаполь? – неуверенно произнес он, запинаясь и словно сомневаясь в важности сообщаемой информации.
«Как странно, – подумала я про себя. – Почему сторона, заинтересованная в поимке преступника, не предприняла никаких действий до появления адвоката? Неужели они настолько уверены в своей безнаказанности?» Я знала, что мы с Мерил будем заниматься этим делом вместе, плечом к плечу, поддерживая друг друга в трудную минуту, но меня не покидало ощущение, что за этим преступлением стоит мафия. В последнее время преступления, особенно жестокие убийства обычных граждан, практически не касались нашей семьи, словно кто-то намеренно оберегал нас от лишних проблем. «Мафия… проклятые придурки! Неужели они всерьез считают, что сильная сторона закона не сможет их посадить за решетку? Неужели они полагают, что их подкупленные адвокаты в Неаполе обладают достаточным влиянием, чтобы вытащить их из любой передряги? Все слишком запутано и неясно… Но я обязательно докопаюсь до истины, выясню, в чем тут дело, и кто виновен в этих зверствах!»
– Мег, смотри! Тут есть не стертые хакерами записи с камер видеонаблюдения, – вдруг воскликнула Мерил, вырвав меня из задумчивости, и я быстро повернулась к ней.
Изображение на экране было на удивление четким и цветным – настоящая редкость в наше время. Я внимательно записывала все детали, стараясь не упустить ни малейшей мелочи, которая могла бы пригодиться нам в суде. У всех участников этой чудовищной сцены на лицах было написано удовлетворение, словно они наслаждались происходящим. Но один из них выделялся на общем фоне – его лицо выражало нескрываемый азарт, словно убийства для него были всего лишь веселой игрой, способом развлечься и пощекотать себе нервы. «Но сможет ли он сыграть в мою игру? – подумала я с усмешкой. – Сможет ли он скрыться от правосудия, избежать сурового наказания, избежать тех проблем, которые неминуемо обрушатся на него в самый неожиданный момент? Будет ли в его зеленых глазах играть тот же азарт, когда он окажется на скамье подсудимых? Нет… конечно же, нет. Для них, для этих отморозков, проигрыш – это самое страшное унижение, которое только можно представить. И я сделаю все возможное, чтобы он почувствовал это отвратительное и липкое чувство унижения, чтобы оно преследовало его до конца дней!» Я знала, что меня будут проклинать, ненавидеть и желать мне смерти, но меня это не остановит – все, что они скажут, все их проклятия и пожелания зла вернутся к ним обратно, словно бумеранг, настигнув их в самый неподходящий момент.
Мы приехали в Неаполь. Я вышла из самолета вслед за Мерил и направилась к ожидавшей нас машине. Наш клиент ждал нас в небольшом, но уютном ресторанчике, расположенном неподалеку от аэропорта. Там мы должны были обсудить все важные детали предстоящего судебного заседания. Я села напротив него, он учтиво поздоровался, и я ответила ему тем же.
– Итак, полагаю, каждая, даже самая незначительная деталь может сыграть решающую роль на заседании, так что, пожалуйста, говорите все, как есть, ничего не утаивая.
– Мужчина… Его внешность хорошо запоминается. В тот роковой вечер он убегал из дома с окровавленным топором в руках. Я… я просто не успел. Не успел поймать его, чтобы задержать на месте преступления. Как я понял позже, убийство было заказным: в тот момент он с кем-то разговаривал по телефону, что-то возбужденно обсуждая. Он оставил на месте преступления кровавую записку, но, к сожалению, ни следов обуви, ни отпечатков пальцев в доме не осталось. Сработал профессионально…
Внимательно слушая его рассказ, я с горечью осознавала, что этот человек разбит, сломлен горем. Им движет лишь одно – жажда мести, неутолимое желание видеть этих нелюдей раздавленными и уничтоженными.
– Я нашел этих людей, и сейчас они находятся в темнице, но мне нужны веские доказательства их вины, чтобы они не смогли избежать наказания. Мне посоветовали обратиться к вам, как к хорошему адвокату, способному довести дело до конца. Сделайте так, чтобы даже самая сильная сторона не смогла освободить их, чтобы они гнили в тюрьме до конца своих дней!