Порывы ветра хлестали меня по лицу, когда я наблюдала за людьми, покидающими стены больницы. Кто-то безудержно рыдал, кто-то едва держался на ногах от боли и отчаяния. Внезапно чья-то рука грубо схватила меня за плечо и развернула к себе — это был Нелан.
— Меган, я приехал. Пожалуйста, выслушай меня, — взмолился Нелан, но в его глазах я видела лишь отблески предательства.
"Брось его, прогони его прочь!" — не унимался дьявол, нашептывая мне на ухо, но я с усилием отбрасывала эти мысли.
— Я уже услышала всё, что хотела услышать! Какого черта ты навязываешься?! — раздраженно выкрикнула я, собираясь уйти, но он не позволил мне этого сделать.
Он пристально смотрел на меня, крепко держа за руку, отчаянно пытаясь что-то объяснить.
— Ты умер в моих глазах, Нелан. Умер, превратился в пепел. Если ты действительно любишь меня, то уедь отсюда и никогда больше не появляйся в моей жизни. Посмотри вокруг, в этой больнице умирают не только физически, но и морально. И от твоих рук медленно угасает моя семья! Папа был самым близким и родным человеком для меня, но даже его ты захотел уничтожить. Я не стану желать тебе того же, ведь ты и сам — воплощение жестокости, ты создаешь её. Ваша мафия выжгла из вас милосердие и сострадание. Уходи, проваливай! — медленно и отчетливо произнесла я, глядя ему прямо в глаза.
Вены на его шее набухли от напряжения, руки были сжаты в кулаки, казалось, он вот-вот сломает мою руку. Я вновь повернулась, чтобы уйти, но на этот раз он схватил меня за плечи. Он пристально всмотрелся в мои глаза, собираясь что-то сказать.
— Меган, я не смогу без тебя дышать, ты единственная, кто дарит мне жизнь. Прошу, не уходи! — выпалил он в отчаянии, но внезапно кто-то нанес ему сокрушительный удар.
Мама поспешно увела меня подальше, а я лишь видела, как Марцео яростно избивает Нелана. Я посмотрела на маму и увидела её потускневшее лицо. Её худые руки крепко держали меня, но мне казалось, что уводит меня не она, а кто-то другой. Мне вдруг почудилось, что это папа держит меня за руку, что он шепчет мне, что Нелан — не тот человек, с которым я должна быть. И это правда, люди из мафии жестоки и беспощадны, их невозможно перевоспитать, ведь они рождены такими. И теперь я убедилась в этом окончательно, теперь я увидела их истинное лицо. Да, мне пришлось выпить яд из рук того, кто клялся мне в вечной любви, чтобы понять, кто они такие на самом деле. Но зато это станет для меня ценным уроком на всю жизнь.
— Марцео, прекрати! — закричала я, и кузен резко обернулся ко мне.
Мы ушли. Я смотрела вслед Нелану, пока из его носа струилась кровь. Он бросил на меня гневный взгляд, а затем перевел его на Марцео. Я вошла в здание больницы, мама смотрела на меня без какой-либо поддержки и сочувствия.
Она была нужна мне сейчас как никогда, но мне казалось, что мама отвернулась от меня, разочаровалась во мне. Мне казалось, что я стала для неё совсем не той, кем была раньше.
— Я до последнего не верила, что ты могла полюбить его, Меган. Я думала, что ты умная девочка и что твой папа просто выдумывает всё насчет твоей любви к нему.
Разве любовь можно выдумать? Разве можно так бесцеремонно играть с чувствами? Возможно, так и было, но я никогда не посмела бы так поступить. Ради денег, ради выгоды — нет. Я люблю Нелана по-настоящему. И пусть мне пришлось пройти через многое, чтобы понять это, но я смогла. И даже сейчас, когда он предал меня, огонь любви всё еще горит в моём сердце.
— Мам, я не отказывалась от своей работы, я не отказывалась от тебя, от папы и от всей нашей семьи. Я просто полюбила, — ответила я, и мама отвернулась от меня.
— Ты отказалась от веры в настоящую любовь. Я много раз повторяла тебе, что такие, как они, не умеют любить. Они просто не способны на это. Ты предала отца, а сейчас пытаешься доказать мне, что они умеют любить?! — закричала мама, глядя на меня через плечо.
Я не верила, что это говорит она. Я не хотела слышать эти слова из её уст, но, увы, это была моя мама. Она обвинила меня в предательстве и ни капли не сожалела об этом. Её глаза были полны боли, в уголках скапливались слезы, и мне так хотелось её обнять. Чтобы она взяла меня за руку, поцеловала в макушку и сказала, что всё пройдет.
— Мам, я никого не предавала. Поверь мне, пожалуйста, — тихо произнесла я, протягивая к ней руки.
Она развернулась и, бросив на меня твердый взгляд, указала на выход. Я всё еще пыталась обнять её, ведь сейчас она была единственной, кто мог вытащить меня из этой глубокой ямы отчаяния.
— Уходи, — со сталью в голосе потребовала она, и я замерла на месте.
Казалось, что весь мир вокруг меня замер. Я чувствовала леденящий холод, исходящий от моей собственной матери. Я никогда не могла представить, что увижу в глазах мамы столько холода и разочарования. Это была будто не она, будто кто-то управлял ею. Ведь я никогда не видела её такой разъяренной.