Я кивнула, стараясь впитать в себя всю информацию, словно губка. Это было чрезвычайно важно, и нельзя было упустить ни единого шанса посадить этих мерзавцев за решетку.
– Вы сказали, что он сейчас находится в камере предварительного заключения. В каком именно участке? – коротко спросила я, стараясь скрыть волнение. Он назвал номер участка.
Завтра состоится суд, а сейчас я должна немедленно отправиться в участок, чтобы встретиться с преступником лицом к лицу, заглянуть в его глаза и попытаться понять, что им движет.
Меня пропускают без лишних вопросов, и я прохожу в мрачный донжон, где меня и проводят к камере заключенного.
– Мистер Мартин. Я адвокат Габриэля Марчелло. Я не обязана представляться вам, но разговор с вами до начала судебного заседания крайне важен для исхода дела.
Зеленые, темные, как лесная чаща, глаза впитывают каждое мое слово, словно губка, жадно впитывающая влагу. Но он молчит, словно затаившись в ожидании чего-то. Его пристальный взгляд, направленный на меня, завораживает, пугает и притягивает одновременно.
– Адвокат, я имею право ничего не говорить, ведь это все равно ни к чему не приведет. Через пару часов меня выпустят на свободу, и тот, кто написал на меня заявление, будет разделан на куски, – холодно ответил он, словно произнося обыденную фразу.
Я сохраняю на лице непроницаемое, холодное выражение, хотя внутри меня все переворачивается от его слов. Какой кошмар… Мерзко, страшно, ужасно.
– Вам лучше признать вину самому, пока я не представила все неопровержимые факты завтра в суде. У вас есть выбор, мистер Мартин. Вам грозит длительный тюремный срок, и я сделаю все, чтобы вы его получили.
Он вдруг громко смеется, словно эта ситуация его забавляет, словно он считает все происходящее нелепой шуткой. Я продолжаю стоять с тем же невозмутимым выражением лица, не отводя от него взгляда. Внезапно он резко разворачивается ко мне и с силой впивается руками в железную решетку, разделяющую нас.
– Я могу разорвать тебя на гребаные куски, адвокат! Не вынуждай меня делать это, и сделай так, чтобы через полчаса я был на свободе, – процедил он сквозь зубы, прожигая меня взглядом, полным ненависти и презрения.
Я лишь пожала плечами, ничего не записав в своем блокноте, и уже собралась уйти, демонстрируя полное безразличие к его угрозам.
– Мафия – это открытая яма, ведущая прямо на дно. Подумайте об этом, мистер Мартин, ведь пропасть уже совсем близко.
– Ваши глаза – бездна, адвокат. Вы даже не представляете, что такое мафия на самом деле. Но вскоре узнаете… Я даю вам слово, клянусь! – проговорил он мне вслед, но я не ответила ни слова.
Я ушла, напряженная до предела. Ублюдок! Угрозы, манипуляции, попытки запугать – все в его стиле… Как же я это ненавижу! Мерил молча смотрит на меня, ничего не спрашивая, словно понимая, что сейчас лучше не лезть ко мне с расспросами. Мы молча идем к выходу из тюрьмы. Звонкий стук моих каблуков эхом разносится по белому кафелю, оставляя за мной едва уловимый шлейф дорогого парфюма и… страха. Я падаю в мягкое кресло машины, медленно выдыхая накопившееся напряжение. Это было отвратительно! Его взгляд прожигал меня насквозь, словно если бы его не сдерживали наручники, он прикончил бы меня прямо там, в этой мрачной камере. Он совершал чудовищные вещи, не думая ни о ком, кроме себя, и, похоже, получал извращенное удовлетворение от вида крови и страданий своих жертв.
Ужас…
В арендованном на две ночи доме я с силой бросаю сумку на пол, давая волю своим эмоциям. Мерил наблюдает за мной, но молчит, давая мне возможность выплеснуть накопившееся напряжение.
– Как все прошло? Показания взяла? – наконец спрашивает она, стараясь говорить как можно спокойнее и мягче.
Я лишь пожимаю плечами в ответ.
– Он… странный тип. Обычно все трясутся от страха, пытаются оправдаться, вымолить прощение… Но он – нет. Он угрожал убить меня и свидетеля, как и всю его семью. В его глазах – безумие, настоящая тьма…
Мерил качает головой, не веря моим словам, и идет на кухню, чтобы заварить нам чаю.
– Может, ему еще и психолог нужен? – иронично замечает она.
– Ему?! Да он же мафиози! Им психолог не поможет – это у них в крови. Убивать, стрелять, продавать наркотики… Ты думаешь, их кто-то заставляет? Да за всю свою практику я не видела ни одного мафиози, которого бы кто-то заставлял совершать преступления. Они сами, как дикие звери, жаждут охоты и кровавых денег, сами выбирают этот путь!