Я отчетливо помню его в тот самый первый день. Никакой звериной жестокости в глазах, лишь холодная отстраненность и какая-то вселенская, утомленная грусть. Держался он с достоинством, словно не был закован в цепи правосудия, а просто скучал на светском рауте. Меня поразила его уверенность, его аура власти, которая чувствовалась даже через толстое стекло пуленепробиваемой кабины. И, честно признаться, тогда я даже представить себе не могла, что полюблю его. Что захочу связать с ним свою жизнь.
Я не оправдывала его преступления. Я знала, что он совершал ужасные вещи, причинял боль и страдания. Но я видела в нем не только монстра, но и человека. Человека, запутавшегося в паутине обстоятельств, вынужденного выживать в жестоком мире. И это знание, это понимание, начало незаметно подтачивать мою решимость. Но и оправдывать его я не могла, я могла лишь попытаться спасти его из этой паутины. Но нужна ли ему моя помощь – это уже его личное дело.
Но когда любовь к Нелану захлестнула меня, я поняла, что больше никого, кроме него, не хочу видеть рядом с собой. Любовь к Нелану – это не тихий ручеек, а бушующий океан страстей. Это опьяняющая смесь страха и восхищения, мучительной боли и неземного наслаждения. Это постоянное хождение по краю пропасти, осознание того, что в любой момент все может рухнуть. Но я готова рисковать, готова пожертвовать всем, чтобы быть с ним. Я люблю его за то, что он видит во мне не только адвоката. Я люблю его за то, что он никогда не пытался скрыть свою истинную сущность и ни разу не обманул меня, хотя я все равно всегда была начеку.
И сколько бы мне ни твердили, что Нелан – ужасный человек, я все равно буду любить его. Любовь к Нелану – это не романтическая сказка, а суровая реальность. Это отчаянная борьба за выживание, за право быть вместе. Но я верю, что наша любовь сильнее всего, что она сможет преодолеть любые препятствия. Я готова бороться за него до конца, чего бы это ни стоило. Все это я понимала прекрасно, поэтому борьба была неизбежна.
– Закройся! – Громко орет Сантино, застав меня за приготовлением кофе.
Меня до глубины души бесило то, как он отчаянно пытается выжить меня из дома. Я не сделала ничего ужасного, просто полюбила Нелана. Его ненависть возникла на пустом месте, Мартин попросту не знает истинной причины, почему орет на меня каждый день.
В порыве я швырнула в него кухонный нож, конечно же, просто чтобы он заткнулся. Он сжимает рукоять этого ножа в руке, а я, невозмутимо, продолжаю готовить кофе и ждать Нелана. Устроившись на кровати в его комнате, я с нежной улыбкой вспомнила ту незабываемую ночь.
Он был невероятно нежен со мной. Руки Нелана все еще словно ощущались на моем теле, я будто все еще целовала его, и он был рядом. Я слышу, как дверь бесшумно открывается, быстро ставлю кружку с кофе на тумбочку и притворяюсь спящей.
– Да, эта сука думала, что через них сможет забрать ее у меня. Нет, я всего-то отправил им пару трупов под дверь, чтобы неповадно было, – тихо говорит он, и меня пробирает дрожь.
Леденящие мурашки от этих слов бегут по всему телу, я делаю вид, что поворачиваюсь на другой бок и тихо фыркаю. Он садится, я чувствую, как под его весом прогибается матрас, и слегка приоткрываю глаза. Он тщательно протирает два ножа, почти полностью покрытые запекшейся кровью. Он сидит ко мне спиной, поэтому у меня есть возможность рассмотреть его. Он весь в крови.
– Ладно, давай. Я не хочу, чтобы Меган просыпалась, она устала, – договаривает он, и отключается.
Я чувствую, как он ложится рядом, обнимает меня, и мое лицо утыкается ему в грудь. От него исходит резкий запах крови, веет каким-то нездешним холодом и отстраненностью. Я открываю глаза, поднимаю взгляд, изображая растрепанность.
– Ты когда вернулся? – Спрашиваю я, и тут же принюхиваюсь. – Кто на этот раз?
Разочарованно задаю вопрос, и он опускает взгляд на свою окровавленную футболку. Нелан смотрит мне прямо в глаза и лишь нежно целует в лоб.
– Этого тебе знать не обязательно, милая. Отдыхай, я пойду в душ, а потом мы поедем с тобой куда-нибудь, – говорит он и поспешно уходит в ванную.
Я никогда не могла принять насилие. Нелан же был другим. Это как две совершенно разные личности, запертые в одном теле. Один – любящий парень, заботливый и внимательный. Другой – безжалостный убийца, способный отдать приказ о ликвидации человека, как будто заказать пиццу. Я живу в постоянном страхе. Страхе за него, за себя, за тех, кто его окружает. Я вижу, как он мило улыбается, как нежно обнимает меня, и в голове у меня лишь один неразрешимый вопрос: как он может быть таким нормальным, зная, что от его решений зависят жизни людей?