Стук повторился, на этот раз громче, настойчивее. Они не уйдут. Они знают, что я внутри. Слезы катились градом, я старалась не дышать, но из-за охватившего меня ужаса это было практически невозможно.
Паника нарастала, как огромная волна, захлестывая меня с головой. Я чувствовала, как по щекам текут слезы. Бессилие душило меня. Я — пленница в собственном доме, в западне, из которой нет выхода.
Звук разбивающегося стекла заставил меня вскрикнуть от ужаса. Они вошли. Теперь я слышала их голоса. Грубые, злые, чужие. Они ищут меня. Они знают мое имя.
—Меган, ты слышишь меня? — кричал Нелан в отчаянии, но я медленно убрала телефон и отключилась, не в силах больше выносить это.
Они ворвались в комнату. Я вскочила на ноги, передо мной стоял мужчина лет сорока, с костылем в руке, а позади него — здоровенные амбалы, похожие на горилл.
—Вся в папашу, только и умеете, что прятаться и убегать, — прорычал он сквозь зубы.
Я задыхалась от страха, не в силах вымолвить ни слова. Это конец.
—Кто ты такой? Что тебе нужно?! — закричала я, все еще держа пистолет, направленный на них.
Один из амбалов двинулся ко мне, я выстрелила ему в ногу, но он будто не заметил выстрела. Ему было плевать. Они схватили меня и потащили во двор, я кричала, пыталась ударить одного из них, но все было тщетно. Меня связали, я стояла напротив этого ублюдка и не могла ничего сделать, была совершенно беспомощна. И в этот момент я поняла, что моя самая большая ошибка была не в том, что я полюбила Нелана всем сердцем. А в том, что я позволила страху парализовать меня, лишить воли. Надо было бороться до последнего. Надо было отчаянно сопротивляться, не сдаваться без боя.
И если в этой чертовщине виноват он, тогда он получит сначала от меня, а потом и от своего отца.
—Знаешь, Меган. У каждого бумеранга есть свойство возвращаться. Твой отец любил повторять эту фразу: "Бумеранг к ним обязательно вернется", или что-то в этом роде. Когда-то твой любимый папочка упрятал меня за решетку, десять долгих лет назад, если быть точным, — он говорил спокойно, расхаживая из стороны в сторону. — Да, он умело спрятался, и я точно знаю, что ты знаешь его нынешнее местонахождение.
Эти слова больно ударили в самое сердце. Я отчаянно пыталась вырваться из их цепких рук, но все было напрасно.
—Его убили, ублюдок! Не смей говорить о нем в таком тоне! — со злостью выкрикнула я, и он мерзко ухмыльнулся.
Он не знал. Он точно ничего не знал, ведь если бы знал, то давно бы уже что-то предпринял.
—Вы значительно облегчили мне задачу, Де Маркес! — с усмешкой протрещал он, и я отвернула взгляд, стараясь скрыть свою боль и гнев.— Сегодня ты отправишься прямиком к папочке, — прозвучало это как зловещий приговор, обрушившийся на мою голову.
Что же мог натворить отец? Он всего лишь честно выполнял свою работу. Какого черта этот мерзавец явился сюда с подобным заявлением? Боже всемогущий…
Я бросила взгляд в сторону и заметила знакомую машину. Из неё, словно тень, вынырнул Нелан. Он жестом приказал мне молчать и незаметно направил пистолет на этого отвратительного типа. В следующую секунду из автомобиля, не потрудившись даже закрыть дверь, выскочил Энзо. Теперь уже Энзо и Сантино держали на прицеле старых псов, что удерживали меня.
— Смотри, чтобы ты сам туда не отправился, гнида, — процедила я сквозь зубы, и в тот же миг Нел хладнокровно проделал дыру в голове моего мучителя.
Руки, державшие меня, ослабли, и я рухнула на землю, наконец-то обретя свободу. Машины, в которых прятались приспешники этого ублюдка, спешно ретировались, и я не смогла сдержать усмешку, поражаясь их жалкой трусости. Нелан подбежал ко мне, освобождая мои запястья от пут, и я, не раздумывая, крепко обняла его.
В этот момент я осознала, что даже если бы Нелан был в чем-то виноват, я все равно продолжала бы верить ему безоговорочно. Он пришел на помощь, и я была бесконечно благодарна ему за это.
— Ты как? — спросил он с тревогой в голосе.
— Хорошо, — ответила я, вновь прижимаясь щекой к его плечу, чувствуя, как уходит напряжение.
Было страшно, я боялась, что они не успеют, но он появился в самый нужный момент. И по сути, так должно быть всегда. Я должна быть уверена в нем, и я знала, что он обязательно докажет мне это своей преданностью.
Глава 21.
Нелан
Стыд, словно ледяной капкан, неумолимо сжимает горло, лишая живительного воздуха. Стыд разъедает изнутри за собственную чудовищную слепоту, за то, что не сумел предвидеть, предотвратить это кошмарное, немыслимое событие. Я, Нелан, обладающий немалой властью и значительным влиянием, оказался бессилен защитить её, мою драгоценную Меган. Я предал её безграничное доверие, разбил её хрупкое сердце.