— А Вы не чувствуете психологических последствий? Судя по всему, что мне известно о вампирах, жертвы продолжают ощущать неявное присутствие кровопийцы, словно он внедрился в их сознание.
Бэла вроде бы задумывается, но в итоге только пожимает плечами.
В этот момент они замечают Лизу, сидящую в одной из комнат. В помещении довольно темно — окна закрыты деревянными ставнями. Впрочем, смотреть там не на что: обстановка в комнате отсутствует. Примостившись на краю каменной ниши, очевидно, служившей очагом, Лиза сосредоточенно устанавливает свечи в потемневший от времени латунный канделябр.
Доктор и Бэла останавливаются и молча наблюдают за действиями Лизы, явно заинтригованные происходящим. Лиза не сразу реагирует на их появление. Не поднимая головы и не отрываясь от своего дела, она поясняет:
— Zdaj bomo naredili eksperiment. Smo našli nekaj osupljivo. (Сейчас проведем один эксперимент. Мы нашли кое-что потрясающее.)
Из дальнего конца коридора слышатся звуки какой-то возни. Тяжелые шаги, пыхтение, кряхтение — из-за угла появляются двое, они тащат огромную прямоугольную доску. Но когда они подходят ближе, то становится понятно, что в руках у них не доска, а зеркало в деревянной резной раме.
При виде зеркала Лиза радостно подскакивает и освобождает путь носильщикам, указывая на стену напротив очага (там тоже есть ниша, но неглубокая, скорее всего, предназначавшаяся для ложа):
— Tja! Tja! (Туда! Туда!)
Мужчины ставят зеркало на пол, прислонив его к стене. Наконец распрямляют спины и отходят — оказывается, это Штефан и Даниель.
Зеркало выглядит внушительно. Размером в человеческий рост, оно загадочно мерцает светом, ускользающим в зыбкую, зеленоватую глубину. Потускневшая золоченая рама покрыта ажурными листочками-цветочками, из которых тут и там выглядывают милые пухлощёкие мордашки.
Лиза, прицелившись, делает пару фото старинного зеркала и гордо красуется на его фоне:
— Ta-dah! Impresivno? (Та-дам! Впечатляет?) — и уловив вопросительные взгляды, объясняет, — Zdaj bomo prižgali sveče in začeli. Je treba to narediti v dvoje: fant in dekle. (Сейчас зажжем свечи и начнем. Нужно делать это вдвоем: парень и девушка.)
Уловив приглушенные смешки на этих словах, она лишь презрительно хмыкает и решительно продолжает:
— Stojiva točno pred ogledalom. Sveče drživa na sredini. In počasi nariševa križ s svečami — od zgoraj navzdol, od leve proti desni. (Становимся прямо перед зеркалом. Свечи держим посередине. И медленно рисуем свечами крест — сверху вниз, слева направо.)
Объяснения она сопровождает наглядной демонстрацией на примере Даниеля, который с готовностью ей подыгрывает, добросовестно изображая всё описываемое.
Доктор с недоверчивой улыбкой:
— Kaj je ta trik? (Что это за фокус?)
Лиза, несколько обиженная его формулировкой:
— To je eksperiment. Da vidimo vampirja v ogledalu. (Это эксперимент. Чтобы увидеть вампира в зеркале.)
Тут вмешивается Штефан:
— Vampirji nimajo odseva v ogledalu. To vedo vsi. (Вампиры в зеркале не отражаются. Это же все знают.)
Лиза терпеливо:
— A nekatere legende govorijo drugačno. Samo odsev gre v globino ogledala. Kot bi začne živeti samostojno. Vendar je pa način, da pritegnimo ta odsev. Zdaj bomo preverili, ali je res ali ne. (А по некоторым поверьям, отражаются. Просто отражение уходит в глубину зазеркалья. То есть как бы начинает жить самостоятельно. Но можно это отражение выманить. Мы сейчас проверим, правда это или нет.)
Штефан скептически хмыкает в усы:
— Samo če je vampir šel k ogledalu. (Если только вампир подходил к этому зеркалу.)
Лиза убежденно:
— Seveda je šel. Ogledalo je viselo pri stopnišču na koncu hodnika. Vampir ni bi šel mimo njega, razen če je sploh prišel… (Конечно, подходил. Оно висело в конце коридора у лестницы. Вампир мог не подойти к нему, только если вообще сюда не приходил…) — Лиза выразительно смотрит на Штефана, и тот молча признает Лизину правоту.
Даниель помогает Лизе зажечь свечи. Они становятся рядом, держа канделябр между собой, и устремляют взгляд в зеленоватую муть зеркального стекла. Огоньки свечей подрагивают и дробятся в отражении. Сначала с лёгкой улыбкой, потом всё более серьёзно в полной тишине пара начинает выполнять описанные Лизой манипуляции.
Многократно прочерченный в воздухе крест как будто заставляет отражение вибрировать и слоиться. Туманное дно зеркала становится почти осязаемо жутким. Какие-то тени роятся и сгущаются в неясной обратной перспективе. Наблюдатели замирают в ожидании. Лиза продолжает напряженно, не дыша, выводить огненный крест. Даниель вторит ей, как автомат.
— Штефан! — доносится зычный Пашин голос откуда-то снаружи.
Все выпадают из оцепенения. Лиза с шумом выдыхает и, обернувшись к зрителям, не сдерживает эмоций: