Я слышу некое рычание, и более низкое следом, тяжелый стук и звуки разбитого стекла. На тяжелых ногах я бегу вниз по лестнице и вижу папу мокрого и в крови возле разбитых бутылок виски. Его зеленые глаза смотрят как будто сквозь меня. Глазами ищу поддержку и нахожу Эла с его карими глазами. Он пытается поднять папу на ноги, а я замечаю человека с темными, почти черными глазами. Его глаза становятся ядовито зелеными, и я чувствую ненависть, исходящую от него. Его губы плотно поджаты за густой бородой, которую в некоторых местах уже тронула седина. Этот острый нос, сморщенный у основания и раздутые ноздри демонстрирующее отвращение. Он развернулся и плюнул у порога бросив под нос «отребья». Эл помог переодеть папу и переложить на кровать. Но отказывался смотреть мне в глаза или в мою сторону. Но когда мы вышли в гостиную он все же посмотрел на меня.
- Эл…
- Я не тот человек, который должен объяснять тебе то, что ты слышала или видела.
- Ты никогда не отвечаешь на мои вопросы.
- Потому что мне нечего сказать.
- Например, скажи что стая?
- Стая твоего отца.
- Что?
- Я говорил я не тот, кто должен объяснять, это не моя роль.
- Тогда в чем твоя роль? Целовать меня? И делать вид что ничего не произошло?
- Лори…
- Я люблю тебя! Всю жизнь! Но ты делаешь вид, будто меня нет! Я ничего не значу для тебя!
Я не знаю, зачем я крикнула эти слова, зачем я вообще сказала ему о своих чувствах. В следующее мгновенье его губы касаются моих, его руки поднимают меня и я упираюсь в стену позади меня. Чувствую как обхватываю его талию и как он упирается в меня. Его губы касаются моих плеч и спускаются ниже, мои пальцы играют с его волосами. Как с одну секунду в голове всплывает до боли знакомый голос и слова. «Убей!». Глаза застилает пелена, и я не вижу ничего кроме его вен, где бежит горячая кровь и сердце, которое стучит и пропускает ее через себя. Кровь, его кровь манит меня и зовет.
Глава 7
Я не чувствую больше Аластора, его объятии и его поцелуев. Только голод, неутолимый, свирепый. Я вижу перед собой его шею, уязвимая, нежная кожа под которой пульсирует венка наполненная кровью. Его тело, местами подкаченное, горячее, живое и манящее. Слышу будто со стороны рычание и глаза Эла смотрящие на меня с нескрываемым ужасом. Следующие минуты я будто смотрела фильм в 3D формате. Мои руки были покрыты густым мехом, и больше напоминали смесь руки и лапы животного, с острыми закругленными когтями. Эти руки целились в грудь Эла, но он умело отклонял удары. Эти лапы схватили Эла за шею и откинули в противоположную стену с книгами, на долю секунды он потерял сознание. Зверь внутри меня ринулся к его плоти, жаждая почувствовать вкус его тела. Стоило мне наклониться к нему, как вместо Эла меня встретил волк. Огромный, рыжий волк. Его глаза были наполнены решимости и жесткости. В один прыжок он завалился на меня, иронично, но в голове прозвучал голос Дори «и охотник превращается в жертву». Это был тот самый голос, который требовал смерти Эла. Эл, а точнее его новое обличие пыталось загрызть меня. Пара ударов в его ребра и я слышу хруст, и как Эл скулит. Он отходит от меня на пару метров, но через секунду снова готовиться к атаке. Его шерсть стоит дыбом, пасть раскрыта с убийственным оскалом. Его лапы сгибаются, будто готовясь к прыжку. Вот он уже прыгает в мою сторону, как внезапный новый рык останавливает его. Этот рык звучит более грозно, сильнее и мощнее в несколько раз, и в этом рыке я слышу приказ «Стой». Эл останавливается, смотрит на меня, и становиться собой. Полностью обнаженный, и я вижу, как кровь бурлит по его жилам, температура его тела повышена на несколько градусов и я чувствую слюни подступающие к моему рту. Проведя языком по губам, я чувствую клыки, и стоило мне их коснуться, они начали ныть и просить укусить. Мое звериное чутье приказывает мне стоять и не двигаться, во всем виноват тот рык, который я услышала. Повернув голову в сторону, я вижу отца, лицо его покрыто мехом, как в фильме про оборотней, огромные заостренные зубы, звериный оскал. Его красные глаза смотрят прямо на меня. И снова голос требующий убить его «Убей его», «уничтожь его», «это его вина!». Мне хочется выть от боли. Одна часть меня слушается его, так же как Эл остановился, так же и я стою неподвижно. Но другая часть меня, не собирается слушаться. Я вижу свое отражение в зеркале. Дикие, ядовито желтые глаза, мертвенно бледная кожа, вытянутая пасть как у животного, острые клыки как у папы, но некоторые из них слишком длинные. Я впервые вижу себя со стороны, и мне страшно. Постепенно лицо превращается в мое собственное. Но, бледность никуда не исчезает. Наоборот глаза приобретают кровавый оттенок, губы раскрываются, не в силах удержать клыки которые прорезаются из десен. И снова ее голос в голове «Не смогла ты, смогу я». Мое тело снова не мое. Я чувствую огромную силу, чувствую, что способна перевернуть горы и мне это нравится. Голова абсолютно чиста от мыслей и переживаний. Мое тело делает рывок, и в считанные секунды я оказываюсь возле Эла, моя рука придерживает его за шею высоко над землей. Все мои рефлексы улучшены, кончиками пальцев я чувствую, как его тело дрожит от нехватки кислорода. И мне нравиться смотреть на эти его страдания. Я смотр. На участок его шеи, не покрытый моими пальцами, снова зуд в зубах, и прекратить это можно лишь погрузив их в его плоть и вдоволь насытиться его кровью. Я почти ощущаю его вкус на своих губах, как меня сзади хватают за ворот и откидывают в сторону. Всего секунда мне нужна, чтобы скоординировать свое падение. Я приземляюсь на ноги, и встаю с грацией кошки. Папа помогает Элу прийти в себя. Я чувствую, как волна ярости вскипает во мне, всего миг, и вот уже шея папы в моих зубах.