— Какого чёрта мы должны вообще идти туда? Надо бежать отсюда, пока не поздно! Весь день как на пороховой бочке, уже невозможно. С чего ты взяла, что им можно верить? Ты из записочки этой поняла, что они такие добрые, белые и пушистые? И вообще, зачем эти ужасно неудобные платья! — в ответ на эту тираду я кивнула головой в сторону грязной одежды. Грэйс выдохнула и села на кровать. — Так, ладно, хорошо... Просто понимаешь, на дворе двадцать первый век, а мы находимся в каком-то дико странном доме и напяливаем на себя платья столетней давности. Нормальные люди не стали бы заниматься подобной ерундой. Мне страшно. Слишком много вопросов, на которые нам нужно узнать ответы.
— Поверь, мне тоже страшно. Не представляю, что теперь с нами будет. Знаешь, если бы нас хотели убить, думаю, они сделали бы это ещё в лесу. Не будем паниковать раньше времени, нас с тобой не так-то просто сломать. Всё будет хорошо, мы выберемся. Обещаю.
Грэйс
Как только мы оказались за пределами комнаты, перед нами открылся коридор с некой закономерностью: картины, висевшие на стенах, следовали в хронологическом порядке. Вот пятнадцатый век, шестнадцатый, а за ним и семнадцатый.
Внизу уже поджидали те два парня, которые притащили нас сюда. И, конечно же, главный затейник похищения — Гарвуд. Высокий мужчина, явно уже в возрасте, о чём свидетельствовало покрытое морщинами лицо и волосы с проседью, тем не менее, до сих пор сохранившие приятный золотистый цвет. Крючковатый нос странно контрастировал с блестящими зелёными глазами. Мужчина был одет в чёрный костюм с длинными фалдами и цилиндр с атласной красной лентой, что при обычных обстоятельствах выглядело бы довольно нелепо, но когда ты находишься в непонятном древнем здании и одета в платье с корсетом , всё уже начинает казаться нормальным. При нашем появлении Гарвуд так и расплылся в улыбке.
Из парней, стоявших за его спиной, словно телохранители, одного я уже знала. А вот второго мы как раз не успели рассмотреть: высокие скулы, шрам на щеке в виде молнии, нос с горбинкой, тонкие, чётко очерченные губы и угловатый подбородок. Волосы русого цвета, слегка взъерошенные. Кроме того, мой взгляд пал на его чёрную, порванную в области рукавов, рубашку. Сейчас что, стиль такой?
— О, Грэйс, Мэриан! С прибытием, дамы! — вежливо, с улыбкой проговорил Гарвуд. – Хочу сразу извиниться за предоставленные вам неудобства. Мои товарищи абсолютно не умеют обращаться с девушками. Как вы уже могли догадаться, я владелец этого скромного дома. В ваших глазах я читаю множество вопросов. Но тс-с, ни о чем не спрашивайте. Я сам вам сейчас всё расскажу, — он отошел от своих приятелей, и приблизился к нам. — Мир не так прост, как вам кажется. Он полон тайн и интриг, которые я постараюсь раскрыть вам. Надеюсь, вы не против? — мужчина лукаво улыбнулся. — Итак, как я уже сказал, мир не так прост. Вы даже представить себе не можете, что вам предстоит узнать, дорогие мои. Вы не замечали что-то странное в своей жизни? Бывало ли у вас такое, что люди казались необычными? Не буду таить и говорить загадками. Я человек, который жил в нескольких столетиях, многое повидал. Хотя нет, какой же я человек. Поправочка, я тёмный маг. Это Питер, — Гарвуд указал на парня, с которым утром у нас произошла «схватка». Я сглотнула. — Не бойся, дорогуша. Он не кусается. По крайней мере, в моём доме только с моего согласия. А это Брайн, — Гарвуд похлопал парня в рваной рубашке по плечу, — Ох, время поджимает. Остальное поясню за обедом, дамы.
Не нравится мне этот патлатый. Есть у меня одна способность, всегда могу понять, когда человек лжёт. Мэриан, напротив, была очень заинтересована историей Гарвуда. Её, кажется, не смущал тот факт, что нас украли и приволокли к какому-то чокнутому.
Стол, за который нас «любезно» усадили, ломился от количества еды. К слову, я ни к чему не притронулась, как бы не хотелось есть. Нас с детства учили, что от чужих людей нельзя ничего брать. Люди разные, намерения тоже. Кто их знает, вдруг отравить хотят.
— О, дамы, совсем забыл. У меня для вас ещё один скромный подарок. Сегодня вы наши почетные гостьи, — он неспешно встал из-за стола. — Я приобрел их в Чикаго. Одно из них я собирался подарить вашей Анне-Луизе, — со странной грустью в голосе сказал мужчина.
Жаль, но мы с Мэриан совсем ничего не знаем ни о своей бабушке, ни о прабабушке и уж тем более о прапрабабушке. В детстве мама что-то рассказывала об Анне-Луизе, но я была ещё ребёнком, все слова прошли мимо ушей. Не понимаю, как она связана с Гарвудом. Может, она знала о его сущности мага? Или наоборот — не знала? И что же она такого сделала, что он, якобы, благодарен нашей семье. Чёрт, почему так много вопросов.