Грэйс
— Эй, крошка, потанцуем? — Питер подошёл со спины и протянул мне бокал с шампанским. — Ты всё ещё дуешься на меня? Да брось, детка! — я послушно взяла бокал, но ничего ему не ответила, — А Гарвуд вам уже поведал главную причину вашего нахождения здесь? — он сделал глоток, медленно наклонился и произнес, — Вам каюк, девочки. Просто предупредил, — игриво улыбнулся он, а затем благополучно куда-то свалил.
От таких слов я сжала бокал в руке с такой силой, что он треснул. Стёклышки полетели вниз. Ещё и руку из-за этого придурка поранила. На удивление, звук падающих стекляшек никто не заметил. Ко мне подлетел парень, которого ещё вчера занесло к нам в дом «попутным ветром». Всё те же взъерошенные темные волосы, довольно-таки подтянутое тело, негустая щетина на лице, голубые, как океан, глаза, в которых любая могла бы утонуть, но только не я. Он пригласил меня вальсировать. Совершенно равнодушно и небрежно я опустила руку ему на плечо, и мы пустились танцевать. Музыка была, откровенно говоря, отстойная.
— Надо бы перевязать руку, пока твоей кровью тут всех не затопило, — он достал из кармана своей куртки белый платок, и положил мне на ладонь.
— Может, хоть Вы объясните, что здесь на самом деле творится?
— А ты храбрая, Грэйс, — сказал так, будто не услышал моего вопроса. — Если будешь послушной зайкой, то мы останемся живы, — в его голосе слышалась ирония. А он тот ещё самовлюбленный ублюдок.
— Прошу прощения, — после длительного молчания вымолвила я. — Мы всё ещё не знакомы. Как же мне к Вам обращаться?
— Разве моё имя так важно?
— Теперь я перед Вами в неоплатном долгу, а потому должна знать имя своего, кхм, спасителя.
— Реймонд Блэйк к вашим услугам, миледи, — он приподнял голову, и лицо его расплылось в счастливой улыбке, — Тебе следует сказать мне «спасибо» за спасение твоей жизни. Я мог бы сейчас сидеть в баре, пить ямайский ром, любоваться какими-нибудь женщинами и курить замечательные кубинские сигары, вместо того, чтобы спасать тебя и твою сестрицу.
— Пока ещё рано благодарить, — и тут я заметила на себе этот взгляд. Взгляд охотника на добычу.
— Реймонд Блэйк, а куда направлены ваши глаза? Мне кажется, или Вы заглядываете мне в декольте?
— Э-э-э, вам кажется. Хотя, по правде сказать... Да, пожалуй, немножко глубоковато.
— Держите себя в штанах.
— Любопытное колье. Я не удивлюсь, если ты купилась на подарки от этого ловеласа.
В этом момент в гостиной началась суматоха.
— Они узнали. Нам нужно выбираться отсюда. Сейчас! — минуту он смотрел на меня, а затем резко схватил за руку и потащил на выход.
— Никуда не пойду, пока ты мне всё не объяснишь, — я изо всех сил отпиралась, но он был сильнее.
— Не упрямься. Помнишь, что я тебе говорил про послушную зайку?
— Но моя сес... - перед глазами всё плыло. Видимо, шампанское в голову ударило. Пару секунд назад я стояла в комнате, а теперь уже была на пороге злосчастного дома.
— А вот и твоя сестра.
Мэриан подошла к нам не одна, а с типом, который явно представился сестре таким же спасателем, как и его друг, Реймонд Блэйк. Следом за ними шла еще одна очень худая девушка в скромном шерстяном зеленом платье. Её круглое симпатичное личико, усыпанное веснушками, обрамлено огненно-рыжими волосами. Густой волной они спадали на её изящные плечи. А вот вздёрнутый носик смотрелся на редкость вызывающе. С ней под руку был.... Брайн?
— Грэйс, что с рукой? Это он с тобой сделал? — возмущённым тоном произнесла сестра и пристально посмотрела на Реймонда.
— Нет. Сейчас это уже не важно. Кто она? И почему эта ошибка природы с вами? — я с негодованием взглянула на Брайна.
— Это Сильвия. Она, как и мы, всего лишь жертва. И если я правильно поняла, то они вроде как влюблённые голубки, которые просто хотят свободы и независимости от их хозяина. И да, молодые люди отвезут нас домой, Грэйс.
— Нет, сейчас вам нельзя туда возвращаться, — раздался незнакомый голос. Я аж шарахнулась от неожиданности. Сильвия! Ого, у кого голос прорезался.
— Она права. Ладно, может обсудим всё в более уединенном месте, — тихо проговорил парень в зелёной олимпийке. Как там его зовут? Не было времени для представления.
Брайн открыл скрипучую дверь. На улице было темно. Лишь бледный свет луны освещал проход. В лицо ударил прохладный ветер и тут же стал трепать мои волосы. Приходилось опускать голову и ждать, когда он прекратиться. Но с каждым новым порывом щёки всё больше теряли чувствительность. Из леса ветер принёс ужасный запах сырости и мха. Вдыхая эту смесь, казалось, я пьянела сильнее, чем от выпитого бокала шампанского.