— Нам пора, — выдернул я у Герта из руки вилку.
— Дай хоть доесть, — заскулил тот. — И разве тебе не интересно, что здесь затевается?
— Чем тоньше лед, тем больше хочется убедиться, выдержит ли он. Но делать этого не стоит…
Я встал, нащупав рукоять молота. Входная занавесь откинулась и в чайхану ввалились еще пятеро. Под их просторными одеждами топорщились рукояти ятаганов. Они усиленно нас не замечали, хотя почти все посетители уже покинули заведение.
— Берегись! — крикнул я, оттолкнув Герта. В то место где он только что сидел, впилась стрела.
Арабы скинули балахоны, обнажив ятаганы. Двое замешкавшихся посетителей, спешно юркнули между их рядами на улицу. Хозяин чайханы вмиг испарился.
— Не давай окружить себя! — крикнул я, дернув Герта за руку и помогая подняться.
Несколько арабов схватились за луки. Тренькнули тетивы. Обратившись в первача, я подхватил стол и словно щитом укрыл Герта. Стрелы впились в столешницу, а одна срикошетила от грудной пластины моих доспехов.
Басурмане кинулись разом. Длинный меч Герта с трудом сдерживал удары сразу нескольких ятаганов. Я крушил молотом их защиту, ломая кости и клинки. Одному из них удалось пронзить мое плечо. Он торжествующе потерял бдительность в предвкушении близкой победы. Но я я ударил раненой рукой. Такого араб не ожидал и поплатился вмятой по самые плечи черепушкой. Герт уложил еще одного — извернулся и срубил бородатую голову. Минус два, осталось восемь. Арабы стали осторожней и теснили нас к стене. Я выхватил кинжал и метнул в самого активного из-них. Клинок пронзил глаз “главаря”, выйдя со стороны затылка. Бросок такой силы заставил врагов на секунду оторопеть, и Герт проткнул еще одного. Оставшиеся шестеро, что-то заорали на незнакомом диалекте и отчаянно ринулись на нас. Первому молот проломил грудину, раздавив сердце, второму снес плечо до самого позвоночника. Третий успел вонзить мне в живот ятаган, попав меж пластин, но тутже пал с раскроенной головой. Оставшиеся трое чуть отступили, щерясь клинками.
Запыхавшийся Герт стоял рядом, окровавленный меч направлен на басурман. Превозмогая боль, я нарочно медленно стал вытаскивать ятаган из своего тела. Красный камень на моей шее обжигал кожу, запуская процессы регенерации.
Арабы раскрыли рты. Перед ними стоял воин с горящими волчьими глазами и с торчащим из живота ятаганом.
— Кто вас послал? — спросил я на арабском.
Те, превозмогая ужас и собравшись силами, вновь кинулись в бой. Вот настырный народ.
Герт швырнул в одного кувшином. Глинянная черепушка разбилась о доспехи араба, обдав кровавым вином. Тот на секунду опешил и получил смертельный удар мечом в грудь. Двое других пробились вперед и рубанули по моей руке с молотом, выбив из доспех искры. Латы выдержали и сохранили руку, но молот выпал. Я бросился вперед вцепившись в горло одному из них. Второй занес ятаган над моей головой, но тут же упал с рассеченным затылком. Герт вновь занес меч, но Люпус уже справился без оружия — я вырвал когтями кадык последнему врагу.
— Ты не ранен? — спросил я Герта, осматривая его. — Ты весь в крови.
— Это не моя кровь, кровь арабов и Люпуса. Почему они хотели нас убить.
— Сейчас узнаем.
По разгромленному залу чайханы валялись окровавленные трупы. Красные ручейки собирались в потоки побольше, уже проторивая дорожку за пределы помещения. Я осмотрелся. Все мертвы кроме одного — воин с развороченным плечом мучительно умирал. Я подошел и наступил ему на раздробленную кость. Тот закричал. Я убрал ногу.
— Почему вы напали на нас, кто вас послал? — спросил я на арабском.
“Киллер” спешно запустил руку в карман и вытащил оттуда комочек похожий на кусок пластилина. Он спешно затолкал его сего в рот. Твою мать! Смертник! Я ударил его сапогом в челюсть, но было поздно. Раненный проглотил яд и забился в конвульсиях, пуская кровавую пену изо рта.
— Что это? — воскликнул Герт.
— Он убил себя. Чтобы не выдать хозяина. Уходим!
— В замок!
— Не думаю что там безопасно! Мне кажется, это люди Ахиба.
Мы выскочили на опустевшую кривую улочку. Темнота спасительно укрыла наши фигуры. В полумраке Герт обо что-то споткнулся — в подворотне лежал труп хозяина чайханы с перерезанным горлом. Его глаза в застывшем ужасе уставились в ночное небо. Я обшарил его одежду и вытащил пузатый мешочек с монетами.
— Жадный беден всегда, — плюнул я на труп.
Утро застало нас амбаре какого-то купца. Остаток ночи мы провели зарывшись в сено. Возвращаться в замок не рискнули. Подосланные “киллеры” — наверняка дело рук Ахиба. Басурманин решил избавиться от гостей — так проще получить согласие от Тэпии. Теперь никто не будет стоять между ними. Сообщит королеве, что мы погибли где-нибудь в океане при нападении Ачара или еще кого…— Жрать-то как охота, — Герт потянулся, высунувшись из копны. — Вчера так и не поужинали. На голодный желудок человек ничего делать и думать не хочет, а на сытый — не может.— Одень это поверх своих доспехов, — я швырнул Герту белый балахон, оставив один для себя.— Что это?— Одежда арабов. Во доре сушилась…— В этих тряпках я похож на бабу, — заворчал герт обматывая лицо и голову белым полотнищем.— Лучше немного побыть живой бабой, чем мертвым воином.— И куда мы теперь?— Дел по горло: найти убежище, отмыться от крови, позавтракать, проникнуть в замок эмира и убить Ахиба, захватить корабль с командой матросов, вернуться домой, поужинать…— А-а-а, ну только ты обед пропустил…***